Чёрный феникс. Академия ХИЛТ

Вмешательство было минимальным, но благодаря Марсу и его туману, который показывал направление, я могла с меньшими затратами, но максимально эффективно помогать ребятам. И помогала. Хотя устала как собака.

Складывалось впечатление, что из меня утекает жизнь.

Феникс на это лишь заметил, что не кажется, и напомнил, что нужно продержаться.

Я и держалась.

В итоге первым полосу препятствий прошел Абра, ему моя помощь вообще не потребовалось. А ведь я рассчитывала, что первой начнет Ламея, с ее-то своенравным драконом.

Решила стать последней?

Я отвлеклась от невеселых мыслей и устремила поток магии к близнецам, помогая продраться сквозь стену огня. Слава тебе, господи, что хоть это могла. Мне, проводящей ритуал, даже физически разрешалось вмешиваться, правда, феникс советовал делать это лишь в крайнем случае. И я следовала его совету.

Стена наконец пройдена. Но что это? Такое впечатление, что на полигоне вдруг появилась пещера с такой узкой расщелиной, что в нее не то что двуглавый дракон не пролезет, но и дракону с одной головой втиснуться проблематично.

И как близнецы это решат?

То, что произошло дальше, заставило заволноваться всех, а меня и подавно. Потому что эти поросята начали массово выкачивать мою энергию. Тянули, тянули, а потом — бац! — и вместо одного дракона на поле оказалось два. Золотистый и эбонитовый. Размерами они были раза в полтора-два меньше двуглавой формы и легко просочились в расщелину.

А меня в какой-то момент потянуло к земле. Крылья вдруг стали такими тяжелыми, что сил взмахнуть ими не было…

«А ну взлетела! — рявкнул феникс. — Неужели готова сдаться? Осталась Ламея. Близнецы прошли испытание. Слышишь?»

«Не дождетесь! — рыкнула я и взмыла в небо. — Я выдержу и завершу ритуал. Выдержу, сказала. Но близнецам по шее надаю. Неужели нельзя было магию из пространства взять, эта ночь и для них особенная».

«Не могли. Ты их проводник, ты и даешь силу сегодня».

В голове крутились непристойные мысли. Проще говоря, брань нецензурная. Хотелось кричать в голос, что мир странный и правила у него идиотские. А я вообще-то жить хочу. Девятнадцать лет — слишком мало, чтобы отправляться на тот свет.

«Вот и молодец, — похвалили меня. — Лучше злись, злость сейчас поможет. Ты упрямая девочка, сильная».

«О да, — хмыкнула, — такая сильная, что от себя тошно.