Солнце краденое

Потом взял, внезапно запрыгнул на это неустойчивое сооружение и, балансируя ловко на нем, очень прочно уселся.

Еды пес не просил, его абсолютно устраивала их непринужденная беседа. Время от времени он в ней даже участвовал. Вот и теперь этот рыжий нахал громко фыркнул, словно выражая свою солидарность с биологом.

— Как думаешь, он насколько разумен? — Макар сделал вид, что не слышал вопроса.

Ему было страшно. Как никогда в жизни, впервые.

— Да уж поразумнее некоторых...— ехидно ответил биолог. — Тех самых странных землян, что считают свой вид даже хуже скафандра.

— Бов! — Горыныч не выдержал и тоже решительно высказался.

Только разумной собаки в экипаже им еще и не хватало...

— Я впервые женат! — им обоим ответил Макар. — И пока только лишь юридически... — Прозвучало совсем уж печально.

На лице Гесса промелькнуло откровенное удивление. Но от вопросов он воздержался.

— Она явно боится мужчин... — лишь задумчиво произнес. — Кстати, я все это время изучал вопрос ее этого... э-м...

— Паразита? — подсказал ему Мак, а пес отчего-то поежился.

— Симбиота, — не согласился биолог. — Интереснейший организм, он действительно оплетает микроскопическими белковыми нитями ткани коры головного мозга и по нервным каналам распространяется по всему человеческому организму.

Аверин отчетливо содрогнулся.

— Видишь, — добавил внимательный друг. А ты еще переживаешь за свой внешний вид.

— Это лечится? — осторожно спросил капитан. — Хотелось бы отчетливо представлять себе перспективы.

— Бессмысленно, — Гесс плечами пожал. В экипаже давно уже все переняли эту земную привычку Аверина. — Уже через год от него не останется ничего, кроме тонких узоров на коже и... — тут он замялся.

— Не томи, Гесс. — Макар нервно провел рукой по своей бритой макушке и опять содрогнулся. — Мне и так уже тошно.

— И почему же? — прищурился Гесс. — Недостаточно хороша молодая жена? Ты на что-то другое рассчитывал?

В голосе друга Макару послышался холодок. Капитан удивился.

— Я вообще ни на что не рассчитывал. — Макар тихо вздохнул. — Просто ей явно плохо и больно. А я совершенно беспомощен. Омерзительное ощущение, особенно, когда... когда...

— Когда любишь, — поставил диагноз биолог. И улыбнулся печально. — Кстати, я тут рылся в лиглянских научных архивах и электронных библиотеках, спасибо, нашему богу конфиденциальной информации — Игореше, и нашел одну увлекательную историю, обязательно дам почитать. Об этом самом их Зеро.