Солнце краденое

А вот понимает нас он наверняка. И я не уверен, что на этом сюрпризы закончатся...

Да уж...

Разумное человечество в свое время далеко зашло в деле модификации домашних животных. Зачатки интеллекта относились к категории самых жестоких экспериментов, ведь животные получали частицу генома самого человека. И... буквально сходили с ума. После историй с массовыми убийствами и проявлениями аномальной жестокости все генетические изменения на животных были запрещены. Только селекция и сохранение искусственно выведенных пород или видов, как элемента культурного наследия человека.

Версий было немало. От нахождения сотни лет в бытовом стазисе до влияния самих Сумерек. В которых, как известно, линейного хода времени не было.

— Предлагаю пойти выпить чай, — прервал затянувшееся молчание Гесс. — Я специально для тебя его вырастил. И кофейные зерна.

— Боув! — рявкнул радостно новый член экипажа «Совы».

— А некоторые есть будут теперь только завтра, — добавил биолог, — и больше не будут кусать нашего доктора, лаять на сообщения Петровича, гонять Ролика по спортзалу и рычать на помощника капитана.

Горыныч сделал морду убедительно-виноватую, но лукавое выражение хитрых темных глаз и энергичный стук облезлым хвостом заставлял усомниться в его чистосердечном раскаянии.

— Сукин ты сын... — пожурил его почти нежно Аверин.

И пёс сразу же согласился.

А потом они весело брили голову капитана, а затем пили чай в уютном кабинете биолога. И Макар даже не стал говорить лучшему другу, что запах черной смородины не характерен для настоящего черного чая.

Смородина — это здорово. Не бесконечные витаминизированные напитки от Ойле «с полезными минералами и микрофлорой», вид имевшие прямо-таки оскорбляющий воображение капитана, а вкус омерзительный. Нет. Волшебный напиток из дальнего детства.

— Ты когда собираешься показаться жене? — прервал его размышления друг. — Только ты не подумай, я вовсе тебя не выгоняю, можешь даже тут у меня поселиться.

Макар сделал глоток, переводя взгляд на Горыныча, сидевшего за столом вместе с ними. Пес настойчиво требовал соблюдения прав почти-что-разумных существ и не унимался, пока Гесс не принес ему легкую стальную корабельную табуретку.