Баба Яга против!

Девушка по имени Яга тихо затворила дверь на кухню, где остались священные бутерброд и кофе, затем через коридор дошла до комнаты. Свое светлое каре скрутила в тугой пучок на затылке, а в замочной скважине повернула ключ, ключ спрятала в карман.

— Ладно, если этот визитер пойдет на кости, может, и дам обглодать, — пообещала с сарказмом, сняла с крючка старый серый балахон и натянула поверх платья.

— Ни стыда у тебя, ни совести, — пожаловалась кошка, и не было до конца ясно — на свою судьбу или путника.

Отстраненно почесала за ухом.

— Думаешь, они не знают об этом, когда орут у меня под дверью? — кивнула Яга на окно с еловыми лапами. Окно давно нуждалось в помывке.

За окном был самый обычный небольшой балкон, первый этаж, унылый дождь и заурядная улочка спального района. Пара тощих городских елок стыдливо прикрывала комнату от обозрения прохожих. Невооруженным взглядом никаких молящих о помощи путников и не видно. Но это невооруженным.

Кошка тоже про это знала, когда орала у Яги под дверью — что у нее «ни стыда, ни совести».

Так и люди к бабе Яге шли из Тридевятого царства. Когда уже идти больше некуда, выбирать не приходится. И их крики и сюда, в реальность, доносились.

Яга взялась перед зеркалом пристраивать парик-паклю седыми лохмами да косами. И на нос уродливую накладку.

— Тридевятое, — велела куда-то мимоходом в пустоту и коснулась губ бледной помадой.

Над окном у Яги висела безделушка: резная избушка-флюгер, над ее крошечной дверкой на дневном свету переливался прозрачный камушек.

В окно вместо балкона вдруг уткнулись еловые лапы. Мощные и здоровые. А за елями дальше, в тумане — растворились болота. И пол заходил ходуном, закрутился вокруг собственной оси. Первый этаж канул вниз.

Повернувшись, флюгер превращал балконную дверь в портал. И комнатка Яги в съемной квартире вдруг становилась внутренностью избушки на курьих ножках.

Флюгер этот попал к ней совершенно случайно энное время тому назад, и в его прочих способностях Яга так и не разобралась.

— Избушка, избушка! — снова прокричали, на сей раз куда слышнее, прямо под дверью на болота. — Повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Яга тяжко вздохнула.

— И не надоело ведь...