С чистого листа

Заодно появилось понимание характера этого человека: простолюдины для него пыль на обочине жизни. Надо стараться держаться подальше. Надеюсь, уловка сработает.

— Хороший жемчуг, правда, найти проблема, — я невинно похлопала ресничками. — А он ведь лучше подойдет к золотому платью. Мы вот только-только из ювелирного. Ничего приличного и нет, — пренебрежительно фыркнула. Затем изобразила на лице вселенскую печаль. — Увы, нам пора. Еще в столько магазинов нужно зайти! Ужас как много дел! — обреченно вздохнув, полюбовалась на озадаченно-раздосадованное лицо одноклассника, затем перевела глаза на Светлану.

Моментально включившись в игру, та энергично закивала и затараторила:

— Ярочка, я тут подумала и решила, что к моему платью не жемчуг, а янтарь нужен! Янтаря-то у матушки полная шкатулка, мы же все ноги сбили с этим треклятым жемчугом! Давай сейчас еще в парочку магазинов заглянем, и быстренько домой, проверять, как будет сочетаться, — обернулась к хозяину лавки и проворковала: — Спасибо за кулон.

— Очень рад, что сумел помочь. Приходите еще. И сами, и с подругами, — заулыбался торговец антиквариатом.

— Непременно, — важно надувшись, я церемонно кивнула.

— Всего вам доброго, барчук, — кокетливо глянув на Галицкого, Света с притворным смущением отвела взор. Затем цепко ухватила меня за руку и поспешила к выходу.

Быстро пройдя вместе с сестрой по залу, я чуть замешкалась у двери.

— Почему все красавицы такие непроходимые идиотки?

— Женщины — создания уникальные, — последовал ответ хозяина лавки. — Что желаете, Егор Анатольевич?

Дальше я слушать не стала.

В полном молчании мы со Светой дошли до машины, уселись на свои сидения и синхронно пристегнулись. Хмурясь, сестра завела двигатель. Аккуратно выехав на дорогу, заняла место на средней полосе.

Я молча смотрела в лобовое стекло. Образ непроходимой дуры создан, причем Света отлично подыграла. Но вот отобьет ли это интерес ко мне у барчука? Надеюсь, да. Иначе у меня на одну проблему стало больше.

— Спасибо за помощь, — с благодарностью глянула на сестру.

— Не за что, — поморщилась та. — Ты верную тактику выбрала. Меня всегда выручает с родовитыми ухажерами. Я не я, и лошадь не моя.