Слово императора

Потом урывками была дорога, какие-то странные образы и провалы восприятия на фоне немотивированной эйфории. Судя по всему — и по тогдашним галлюцинациям, и по нынешней помойке во рту, — эта их «кровь Первопредка» представляет собой какое-то наркотическое вещество. Какое-то весьма тяжёлое наркотическое вещество...

Я искренне надеялась, что меня по крайней мере на день оставят в покое и не понадобится никого принимать и ни с кем встречаться. Когда я болею и плохо себя чувствую, я становлюсь ужасной мизантропкой.

Предпочитаю страдать и мучиться в одиночестве, а посторонние меня раздражают.

Заставляя окончательно очнуться, жар и духота вдруг исчезли, и меня, наоборот, бросило в холод. Я открыла глаза, чтобы всё-таки понять, где нахожусь, и столкнулась с пристальным немигающим взглядом жёлтых глаз императора. Моего — теперь уже, наверное, в полном смысле — мужа. Зрачки его опять представляли собой узкие щелочки, выражение лица не поддавалось определению, а ноздри раздувались — он тщательно принюхивался.

Несколько секунд Руамар продолжал меня гипнотизировать, пару раз торопливо моргнул, и зрачки опять приняли близкую к кругу форму. А потом он вдруг наклонился и, прикрыв глаза, медленно и сосредоточенно провел языком по глубокой царапине у меня на груди. Опять принюхался и повторил своё действие уже уверенней.

— Ваше величество, что вы делаете? — спросила я чуть сиплым со сна голосом, порываясь подняться.

— Лежи и не дёргайся, женщина, — недовольно процедил он, прижав меня ладонью к постели.

— Я тебя лечу.

— Может, проще позвать доктора и достать аптечку? — неуверенно предложила я.

— Не проще, — недовольно рыкнул император, раздражённо сверкнув на меня кошачьими глазами. И я благоразумно замолчала и замерла, решив не спорить. В конце концов, может, у них так принято. Вместо утреннего умывания.

Однако через непродолжительное время я с удивлением поняла, что «лечебная процедура» действительно имеет эффект. Тёплые влажные прикосновения как будто стирали с кожи болевые ощущения.

Не до конца, но весьма ощутимо их облегчая. Более того, ещё через некоторое время, когда рушец перевернул меня на живот и занялся царапинами на спине, я с ещё большим удивлением обнаружила, что подобные прикосновения мне приятны. В самом что ни есть физиологическом смысле: это странное вылизывание доставляло удовольствие.

Мужчина к процессу подходил весьма ответственно, не пропуская ни одной царапины и ни одного синяка.