Чародейка

Когда вампир занял своё место — сам он, естественно, ничего есть не стал, — я наконец откусила кусок долгожданного лакомства. Это было… катастрофой. С виду румяные и пушистые оладьи оказались отвратительно безвкусными и забитыми.

— Ну как вам? — Сложив изящные пальцы в замок и оперев на них подбородок, вампир ждал вердикта. Мы с Шейном молча переглянулись. Мальфар будто спрашивал: сама ему скажешь или я?

— Это самое вкусное, что я когда-либо ела в своей жизни, — солгала, запихнув в рот остаток оладушка, тщательно жуя, и подняла большой палец вверх, как бы говоря, что мне в самом деле очень нравится.

Гаспар просиял ярче солнца, а брови Шейна стремительно поползли вверх.

— Да что ты говоришь? — Зелёные глаза опасно блеснули, и на лице мужчины расползлась лисья улыбка. — Раз так, позволь поделиться с тобой своей порцией. — Он подтолкнул ко мне тарелку и с интересом уставился. Его несказанно забавляла ситуация.

Кое-как проглотив малосъедобное угощение и обильно запив чаем, я предупреждающе покосилась на мальфара.

— Нет-нет, что ты, я не хочу тебя объедать, — в таком же притворно-любезном тоне проговорила, возвращая посуду владельцу.

— И всё же, я настаиваю. Ты гость в моём доме, — не сдавался этот упрямец, вновь подставляя мне мучное изделие.

— Да ладно, Кэсс, забирай! — подбодрил меня вампир, видимо, посчитав, что мне неудобно отбирать еду у домовладельца. — Посмотри, какой он живот отъел, — вампир похлопал Шейна по идеальному прессу. — Куда ему мучное, а ты вон какая худенькая.

— Да-да, одна кожа да кости, — закивал Шейн, за что получил от меня по ноге под столом. Однако пинок возымел совершенно противоположный эффект. Теперь этот поганец улыбался просто во все свои идеально ровные тридцать два зуба.

— Ой, да что вы спорите? У меня же на сковороде ещё остались! — радостно подскочил Гаспар. Я поперхнулась ягодно-травяным напитком, возвращая чашку на блюдце, и наткнулась на немой вопрос в глазах Шейна: теперь довольна?

Прочувствовать вину как следует я не успела, вниманием завладела картина, разворачивающаяся за спиной мальфара.

Вампир, по-детски счастливый, прошествовал к кухонному гарнитуру, что-то мурлыча себе под нос. Его поведение настолько разнилось с моим представлением об особях смертельно опасного вида, что предстоящая новая порция оладий отошла на второй план. В свете утренних лучей кудряшки Гаса отливали золотом, а сам клыкастый выглядел безобиднее котёнка. Внешний вид и впрямь бывает обманчив.