Задача третья: судиться!

— У меня есть копии списков, я тебе пришлю. Что случилось-то?

— Один встретил свою пару, но всё пошло немного наперекосяк. В общем, он её упустил и сейчас ищет. А я помогаю.

— А, ну это святое, пап. Ты не переживай, найдём. Тут всего-то двести шесть приглашённых девушек было. Он хотя бы имя спросил?

— Ничего он не спросил! — на заднем фоне что-то разбилось.

— Бывает. Да ладно тебе так переживать, — улыбаясь ответил Артур. — А кого поздравить-то?

— С чем?

— С парой, конечно.

— Пока никого. Ты сам чего хотел? — сменил тон Александр.

— Да просто сказать, что мы уехали домой, будем отсыпаться. Лейла тебе подарок приготовила, мы завтра занесём. А тебе удачи в поисках и всё такое, — окончательно развеселился Артур.

— Хорошо, сын, пока. И это, с Новым годом. И Лейлу тоже поздравь.

— Обязательно. До связи.

— До связи.

Положив трубку, Артур обернулся к нам, одарив широченной улыбкой.

— Вот видишь, тебя уже ищут.

— Ты уверен, что меня? — тихо всхлипнула Лена.

— На все сто.

— А голос похож?.. — заговорщически уставилась я на зарёванную подругу.

— Да, голос его? — обернулся к ней Артур.

— Кажется…

— Ну тогда поздравляю, будешь моей мачехой, — окончательно развеселился оборотень. — Эх, если бы я знал… Но ничего, Ленка, мы с тобой сейчас такого шухера наведём, вся стая на ушах стоять будет. Это я тебе обещаю.

— Стая?

— Ага, это мы так себя называем. Вот у Лейлы племя, а у нас стая.

— Лей, скажи честно, я перепила? — с надеждой посмотрела на меня подруга.

— Не-а, тут просто есть свои моменты… Артур, ну нельзя же так в неведении держать? Тем более собственную мачеху.

— Будущую.

— Будущую и злопамятную. Я её четыре года назад кофе облила, она до сих пор мне припоминает. Хотя я случайно напакостила, а ты нарочно собираешься. Поверь, лучше не томить. А то пойдёт сама разбираться и дом по брёвнышкам разберёт заодно.

— У нас подарки…

— Вот расскажем, что к чему, и займёмся ими. Нельзя человека так мучить. Я уверена, что это запрещено Женевской конвенцией по защите прав любопытных женщин.

— Нет, Лейла. Пусть он сам рассказывает. А мы Лену пока спрячем. И выдавать не будем. Посмотрим, как быстро он её вычислит. Должен же он как-то за своё хамство расплачиваться. Правильно я говорю, Лена?

— Понятия не имею, я нить разговора уже давно потеряла. Всё ещё надеюсь, что это алкогольный делирий, — шмыгнула носом Ленка.

— Тогда тем более! Сейчас баиньки, а все разговоры завтра.