Птичка для дракона. Улететь и спасти(сь)

Вряд ли успею быстро слетать и вернуться с подмогой. А потом меня ещё и задержат, как преступницу.

— Ничего не выйдет. Мне жаль.

Тут левую щеку что-то укололо, и я вспомнила о золотом семечке. Точно! Оно поможет! Я вытащила семя изо рта. Синие глаза Дааля, напряжённо следившего за моими действиями, расширились — он знал, что это такое. И с видимым усилием, но протянул ко мне раскрытую ладонь. Тем самым укрепив в мысли, что подарок Мэйи спасёт её же возлюбленного супруга. Вот только…

Я решительным жестом отвела его руку, и в чертах белого дракона проступило смятение.

— Феолике!..

— Обещайте, что оставите меня в покое. И никому не скажете обо мне, — я крепче сжала в ладони запульсировавшее семечко. А если Дааль начнёт упрямиться, испытывать меня… что делать? Позволить ему умереть у меня на глазах? Перед мысленным взором встали, как наяву, малышка Келли и королева фей со своей лучистой улыбкой… Слёзы им обеим не пойдут.

Я отогнала видение и стиснула зубы, ожидая ответа. К счастью, молчание было недолгим.

— Будь… по-вашему, — Дааль нашёл в себе силы на понимающую усмешку. — Клянусь… на крови… рода Хэг. Видите… как её много.

— Принимаю вашу клятву, — у меня вырвался вздох облегчения. Семечко в моей ладони само подсказало, что надо делать. Я бросила его на землю, и мгновенно выросло деревце из золотого света, протянувшее свои целебные веточки-лучи к Даалю. Я видела, как кровь перестаёт течь из его ран, как они затягиваются, и выражение боли и тревоги на его лице сменяется выражением покоя.

— Вот и хорошо, — пробормотала я. Мигнули и погасли последние лучики света, и я обнаружила, что белый дракон заснул. Проснётся как новенький, только одежду менять придётся. Ничего, в Замке-Артефакте с этим затруднений не возникнет.

Оставлять спящего Дааля на плоскогорье одного было страшновато, и я огляделась, раздумывая, как поступить. Повертела родовое кольцо Ари на пальце. И со вздохом решила подождать.

Прошло около получаса, и в небе показалась летящая птица. Она была всё ближе, и я различила серо-голубые перья и лапку, к которой было что-то привязано.

Голубь — почтовый голубь Софи! — снизился, и, дав мне отвязать листок пергамента, снова набрал высоту. Сколько же волшебной птице пришлось меня искать! Но… если кольцо скрывало своего носителя от слежки… Или не всё так просто? Я с недоумением посмотрела на артефакт, думая, как же он работает.