Птичка для дракона. Улететь и спасти(сь)

— Обычные феи за три года вырастают на восемнадцать, долгое время остаются молодыми, а стареть начинают только после ста пятидесяти, и то очень медленно. Не берусь предсказывать насчёт Келлиэль.

— Это её имя?

— Да. Когда она ещё была в яйце, родители придумали имена и для мальчика, и для девочки. А поскольку она уникальная, то станет основательницей нового драконьего рода — Анвен.

Келлиэль из рода Анвен. Красиво, подумала я. В самый раз для маленького чуда.

— Ты же зайдёшь на вечернюю трапезу? — спросила я, когда мы уже приближались к дому.

Вильгерн оторвался от каких-то своих размышлений и обнял меня за плечи. Подул привычный осенний ветер, но, казалось, Вильгерну совсем не холодно в расстёгнутой на пару пуговиц тёмной рубашке, без верхней одежды.

— Конечно, моя нежная птичка. А потом, может быть, мы прогуляемся под луной…

От его взгляда мне почудилось, будто кровь побежала по жилам быстрее вместе с огненной драконьей магией.

— Поцелуй меня, — помолчав, вдруг попросила я.

Мы остановились напротив чьего-то сада, где через забор виднелись пламенеющие головки рыжецветов. На улицах сделалось совсем темно, но феи — покровительницы городка — недавно подарили ему рой волшебных светлячков, и то там, то здесь вспыхивали огоньки.

— Прямо здесь? — Судя по его тону, Вильгерн совершенно не возражал.

— Здесь, — выдохнула я. Мной овладело непонятное, тягостное предчувствие, и я знала, что прогнать его смогут только объятия Вильгерна, только его горячие губы на моих губах, только любовь.

Любовь. Мы никогда не произносили этого слова вслух, но сейчас я поняла, что люблю чёрного дракона сильнее всего на свете. Если он отвернётся от меня, узнав, что я — обманщица и преступница, жить дальше я не смогу. Умру и рассыплюсь прахом.

А не рассказать ли ему правду? Вот сейчас, сию — как там говорила Софи? — минуту, не дожидаясь истечения месяца…

— Дара, — Вильгерн произнёс это имя, как молитву, как я говорила его собственное, и притянул меня к себе.

Я зарылась пальцами в его прекрасные чёрные кудри, и всё, что я хотела ответить, всё, в чём хотела признаться, потонуло в невероятном, отчаянном поцелуе.

Глава 18

Вильгерн

— Так и закончились мои попытки стать кем-то больше простой феи, — Линлейт высморкалась в кружевной платочек кукольных размеров и, пряча его, судорожно вздохнула: — Всё. Я больше не советница.

Я придвинул к ней блюдце с колотым сахаром в качестве утешения.