Искра

А у тети Скарлет пропал кошелек, она потом долго вздыхала, что даже не представляет, где могла его выронить, а дядя Чарли ворчал, что с годами жена становится все рассеянней, и если бы не ее ростбиф по воскресеньям, давно нашел бы другую…

Деньги я отдавала Джереми, а кошельки сбрасывала в сточную канаву.

Место, выбранное кокни, было отменным. Саутворк — район развлечений: здесь театры, рынок Барроу, медвежьи арены и петушиные ямы, на каждом шагу — лавки и пабы, и, несмотря на одиннадцать часов утра, народ бурлил.

Пока — мещане, но ближе к вечеру в Саутворк съедутся аристократы в бархатных масках. Им скучно в рафинированных Мэйфере, Блумсберри и Мэрилебоне, не хватает остроты в Сохо, и они тянутся сюда, будто мухи… на то самое. Им любопытно.

Джереми, сделав мне знак, заступил дорогу юнцу в пиджаке с эмблемой Оксфордского Университета.

— Простите, — буркнула я студенту и, лишив его половины гинеи, перебежала на другую сторону улицы, присела у стены часовой лавки, делая вид, что завязываю шнурки. Джереми, пропустив гремящий колесами экипаж, пересек мостовую в десяти ярдах от меня.

Ругая мужей, мимо прошли две неопрятные женщины с тяжелыми корзинами, из которых свисали стебли лука-порея и шеи неощипанных кур. Я отодвинулась, давая дорогу. От таких лучше держаться подальше — злые, визгливые, громкие, им сглазить, что…

Громкие!

Ну конечно!

Если такая… поднимет крик, у меня появится отличный повод удрать от Джереми, не погонится же он за мной, опережая констеблей! В том, что от полицейских сбегу, я не сомневалась.

Приходилось уже. Деньги есть — кокни не успел отобрать — достать еды, отсидеться на чердаке, добраться до пригорода, сменить одежду, сесть в дилижанс, и…

Несмотря на холод, в горле пересохло.

Я поднялась, отряхнула колени и пошла навстречу Джереми, указавшему на франта со светлыми проволочными усами. Лавируя среди спешащих, субботне-гуляющих, просто глазеющих по сторонам жителей Ландона, я догнала женщин с корзинами и запрыгала перед ними, не позволяя себя обойти.

Намеченный Джереми мужчина был высоким, странно-загорелым для осени. Он вышел из лавки оружейника, постоял минуту, глядя на грязно-белое небо, и, проверив время, двинулся вниз по улице. Цепочка брегета, тускло поблескивая, свисала из кармана его пальто.

Только бы не облажаться!..

Джереми отделился от фонаря, двигаясь наперерез загорелому.

Я на ходу растерла руки, разгоняя кровь, встряхнула запястьями и резко остановилась. В спину врезался сухой костистый кулак.