Искра

— Ллойды служат Райдерам уже восемьсот лет, — приняв извинение, с достоинством сказала валлийка. — Мы с Мартином не станем клятвопреступниками. …Кроме того, я не верю, что мальчик, приносивший букеты нарциссов, сможет причинить мне вред, — улыбнулась женщина, погладив Александра по здоровому плечу.

* * *

Из спальни я выходила в предобеденное, самое безопасное время — за две недели я более-менее изучила распорядок обитателей коттеджа.

Мистер и миссис Ллойд вставали задолго до рассвета. Валлиец при свете фонаря рубил дрова, гремел цепью, доставая воду из колодца на заднем дворе, чистил дорожки от выпавшего за ночь снега.

Его сестра стучала — а если накануне поссорилась с братом, то и грохотала — на кухне, и по дому плыл запах овсянки и свежего хлеба.

Райдер просыпался к завтраку. Зевая и спотыкаясь на ходу, спускался в гостиную, ел. Потом выходил во двор, где уже переминался с лапы на лапу одноглазый волк. Райдер и Один чуть ли не наперегонки скатывались к реке, переходили ее по мосту и терялись за грядой холмов.

Возвращались к обеду, порой — с добычей, и тогда на ужин у нас была тушенная с мелкими белыми луковичками зайчатина. Райдер поднимался к себе в девять-начале десятого вечера, слуги ложились позже — убрав посуду, закончив уборку, замочив назавтра соленое мясо и почистив овощи.

По субботам миссис Ллойд устраивала стирку — я догадалась об этом, когда она постучала в дверь с кипой чистого постельного белья. Правда, отдать ей единственную пару чулок и сорочку мне и в голову не пришло.

Свою одежду я приводила в порядок сама, потом сушила ее у жаровни.

А по воскресеньям дом спал. Остывала кухня, стихали певучие, с чуточку удивленными валлийскими нотами голоса Ллойдов, вечно находящих повод придраться друг к другу — мало заварки, много соли, натоптал, все дрова пережгла, нет чистой ложки, опять выпил бренди, — а к обеду подавали холодное мясо и вчерашние пироги. Только Райдер в любой день, в любую погоду — разве что в метель не отходил далеко от дома, — бродил по пустоши, рассеянно почесывая за ушами льнущего к нему волка.

И тем неожиданнее было встретить его в библиотеке.

— Любите пьесы?

Книга с глухим стуком упала на пол. Райдер присел, поднимая ее, стряхнул с обложки прилипший сор.

— Месье Виктор, «Король смеется». Интересный выбор, — взглянул он на меня снизу вверх. Чешуя на шее хрустнула, и мужчина досадливо потер ее ребром ладони.

Попятившись, я прижалась к полкам.