Искра

«Вроде бы гувернантка из Эденбурга, но вы же знаете этих гувернанток!» — и обмахнуться веером… — «Где, говорите, она училась? О, помощница моей портнихи из той же школы, и она не помнит никакой Этансель Хорн!»

А еще я не хочу заставлять его беспокоиться, Александру хватит волнений на службе. Я привыкла к этому дому, к креслу перед камином, к мягкому свету в гостиной, к спинету, отзывающемуся на легкое прикосновение пальцев. Здесь даже сад есть! Кажется, с розами, и точно с тюльпанами и нарциссами — все, как я мечтала! Нужно просто перетерпеть…

Александр тоже не находил себе места.

Он был здесь, со мной, но мыслями — в Ландоне, с Королевой и Сворой. В городе, где его похоронили, во дворце, где он воскреснет и получит причитающееся по праву.

Забравшись в кресло с ногами, обняв колени, я смотрела, как маг переговаривается с другими Гончими и приводит в порядок перед отъездом заброшенные за год дела: проверяет отчеты, читает письма поверенных, листает какие-то подшивки, украшенные штемпелем с каравеллой. Оказывается, у меня очень богатый жених — Александру принадлежали акции судостроительных компаний и оружейных заводов, он владел доходными домами в Ландоне, четырьмя угольными шахтами в Уэльсе и несколькими сотнями акров плодородной земли где-то в Америках.

Может, по герцогским меркам это немного, но когда я случайно увидела цифру годового дохода, долго не могла прийти в себя… Ушла на кухню, заварила свежего чаю, а он даже не заметил, что меня нет, появился только через час, когда все совсем остыло, а мои глаза опухли и покраснели.

— Ты почему прячешься?.. Искра, ты плачешь?

— Нет… — всхлипнула я и отвернулась.

— Искра-Искра…

Александр привлек меня к себе, утешая, погладил по волосам, по спине, а потом поднял на руки и понес наверх.

— …Ты будешь приезжать? — спросила я, лежа у него на груди.

— Не знаю. Первый год я постараюсь, но обещать не могу.

Под утро я проснулась от душного ужаса и собственных криков.

— Алекс! Алекс! Алекс! — Меня трясло, голос срывался, я рыдала, пытаясь предупредить мага — что-то черное, страшное подползало к нему, тянуло щупальца к голове, а Алекс этого не видел, не знал, беспечно смеялся, а я билась в прозрачную стену, умоляя его обернуться и выставить щит: — Алекс! Алекс! Пожалуйста, Алекс…

— Я здесь, здесь… Здесь, — повторял Александр, покрывая мое лицо поцелуями, — здесь, Искорка… Это сон, просто сон, — зашептал он мне на ухо.

— Никто тебя не тронет, никто не обидит, слышишь?

Я замотала головой и зарыдала еще громче.