Дом последней надежды

Он, облаченный в стеганый халат старого кроя, казался обыкновенным, этот старик, на чьем поясе висело семь печатей, а шапку украшал нефритовый шар.

…и матушка старалась быть с ним любезной.

А он на нее не смотрел. И на меня не смотрел. На золото только. И мутноватые глаза его оживали.

- Драконий выблядок, - сплюнула мать, когда старик переступил порог. И Иоко показалось, что она услышала такой ехидный смех…

…нет, матушке денег хватило бы до конца ее дней.

…но почему лишь матушке?

Плохо не знать законов. Очень плохо.

Я пыталась вспомнить те свитки, которые Иоко читала. В них ведь должно было быть хоть что-то по правам наследования? Ведь вопрос весьма и весьма актуальный…

…я не успела.

Ее принесли в паланкине.

И высокий слуга с трещеткой шагал впереди, распугивая уличных мальчишек и голубей. Впрочем, на нашей улочке ни тех, ни других не водилось, а потому голос его:

- Дорогу госпоже! - лишь беспокоил соседей.

Паланкин внесли во двор.

И бережно поставили на террасу. Скользнул в сторону шелковый полог, расшитый вишней… кажется, новый, во всяком случае Иоко такого не помнила.

Ступила на доски махонькая ножка в зеленом башмачке. И слуга поспешил подать руку, не позабыв набросить на нее черный кусок материи.

…матушка Иоко некогда была красива.

Она в совершенстве владела искусством рисования лица и теперь, спустя годы, лишь преуспела в нем. И наверное, по местным меркам это было красиво. Я же видела перед собой не лицо, но маску.

Белоснежную.

Ровную.

Ни одна морщинка не смела портить этой лакированной глади.

Высокая прическа – подозреваю, искусственного происхождения – радовала глаз обилием украшений.

И Иоко стало… неудобно?

Цубуши-шимадо пристало носить юным девушкам, но отнюдь не дамам, разменявшим сорок весен, чересчур уж игриво и…

…три гребня-куши.

Шнуры из золотых нитей.

И полупрозрачные низки бисера, которые поблескивали и переливались при каждом движении головы. Заколки-канзаси из шелковых лент. Всего этого слишком уж много. В этом великолепии лицо ее кажется маленьким.

А красный рот и вовсе точка.

Глаза…

Где-то теряются. А вот брови – две нарисованные точки у самой линии волос. Идеальные по форме, но… смешные?

Именно. Я поняла, что та часть меня, которая все еще была далека от этого мира, готова расхохотаться, а это было бы невежливо. И потому я позволила Иоко сгорбиться, глядя на собственные ее ботинки.

Или вот на кимоно смотреть можно.

Красивое.

Темно-зеленое и украшенное расшитыми гербами.