Единственная для рыжего опера

На сей раз Трур обрадовался так, что девушке даже стало немного неловко от такого явного проявления чувств.

И может быть, эта радость сыграла свою роль, а может быть — и что-то еще, но Трур немного неожиданно даже для себя самого во всех подробностях рассказал Бросе о своем напарнике. Рассказал, как терпеливо Винур Марнилунд учил его, тогда еще совсем зеленого новичка, премудростям оперативной полицейской работы, о том, сколько дел они раскрыли вместе, о том, как прикрывали друг друга от пуль и от критики начальства, о том, как отмечали успешные раскрытия и переживали неудачи.

— Никто не совершенен, и вы в том числе, — заметила Броса, выслушав оборотня. — Да, вы совершили ошибку, но разве существует на свете человек или оборотень, никогда их не совершавший? Если бы я и мои коллеги бросали бы заниматься своим делом из-за любой совершенной ошибки, мир остался бы вообще без целителей, ведь не зря говорят, что у каждого целителя есть свое маленькое кладбище.

— Это не любая ошибка, это ошибка, стоившая жизни моему напарнику и другу, — мрачно ответил на это Трур.

— Но ведь это непреднамеренная ошибка, — горячо возразила девушка. — И я совершенно уверена, что ваш напарник ни в коем случае не хотел бы, чтобы вы бросили работу в полиции из-за чего-то в этом роде. Ведь тогда все его усилия, потраченные на то, чтобы сделать из вас хорошего полицейского, пропадут зря.

— Вы правда так думаете? — спросил Трур, пытливо вглядываясь ей в глаза.

— Определенно, — твердо ответила Броса, выдерживая этот взгляд.

— Может, вы и правы, — вздохнул парень, — если так подумать, Винур и впрямь не одобрил бы мое решение уйти из полиции.

— Ну так и не уходите! — воскликнула целительница. — Возьмите себе в напарники какого-нибудь новичка и научите его всему, что знаете. Передайте эстафету. Пусть это будет искуплением вашей ошибки. Да и я думаю, что воспитание желторотика-неумехи потребует от вас полной мобилизации всех ресурсов, так что на депрессивные мысли у вас не останется ни времени, ни сил.

— Это точно! — рассмеялся воспрянувший духом Трур и всё время, оставшееся до полдника, травил байки времен своего ученичества.

***

Следующее утро снова было дождливым и, собираясь на работу, Броса без особой надежды поинтересовалась у радостно прыгающего вокруг нее Кани, не хочет ли он всё-таки остаться дома.