Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж

Я начала с силой растирать пульсирующие точки на коже. На лбу выступила испарина, руки задрожали, перед глазами поплыли разноцветные круги.

Я достала шпильку из волос и уколола особенно болючие места. Раньше всегда помогало. Чуть отпустило.

Я вытерла тыльной стороной ладони влагу с лица, заколола шпилькой волосы и засунула под шляпу.

Чтобы спрятать косы, мне пришлось придумать особую конструкцию для шляпы, в отцовскую моя даже наполовину обрезанная шевелюра не помещалась. А обрезать волосы полностью я пожалела.

Кстати, первый раз о моем предполагаемом замужестве я услышала от отца именно в тот день, когда у меня случилась первая судорога.

Наша кухарка, единственная прислуга, которую мы могли себе позволить, научившая меня не только тонкостям кулинарного искусства, но изысканным манерам и красиво выражаться, хотела мне что-то сказать при этом, но отец так грозно посмотрел на нее, что она тут же замолкла и ушла в кухню.

И сколько я ее потом не просила поделиться, что она хотела поведать, она так и не призналась.

Кажется, уколы шпилькой помогли, и боль стала отступать. Я хоть и медленно, но упорно зашагала дальше. Я успею пройти еще хотя бы половину мили, пока меня догонит ездок.

Я бы может и не сбежала из дома, если бы оставили эту затею с отбором невест и моим замужеством. Но позавчера днем посреди нашего двора открылась арка пространственного перехода, и к отцу заявился столичный распорядитель публичных мероприятий. Прямо из дворца лорда.

Какая честь! И что приперлись? Век бы вас не знать!

А я, дура, пышка меня возьми, первая выскочила навстречу неожиданному визитеру.

Еще бы. Я знала, что красотка. Длинные светло русые волосы спускались почти до колен, и лицом я была светла, и брови мне незачем было чернить, как двоюродным сестрам.

От отца мне достались густые, словно крылья лебедя, брови и серые, как прозрачные родники, глаза.

Я ж не слепая, и чувство собственного достоинства имела, и зеркало в моей комнате отражало весьма привлекательную стройную девушку.

Мне о моей неземной красоте часто говорил соседский парень, Диран, добавляя, что когда-нибудь я сделаю счастливым какого-нибудь мужчину, выйдя за него замуж и нарожав таких же красивых детишек. Я не спорила. Пусть думает, что хочет, но я не мечтала о замужестве.

Диран, кстати, был лучшим нашим другом.