Шёл бы ты к лешему…

— Встань, — в голосе Ведьмака был лёд.

— Я искуплю, я отслужу, только не прогоняйте, умоляю! — слуга прижал руки к груди и преданно уставился в глаза господину.

— Рассказывай всё с самого начала, — Валдеш пренебрежительно скривился и скрестил руки на груди.

— Меня словно молнией пронзило, когда я впервые увидел Русленку в том селе...

Боресь покаянно вздохнул и начал признаваться в своих коварных замыслах. Рассказал он и о том времени, когда искали русалку по городу, и о задумках после возвращения во дворец.

Дарвальд с каждым словом Бореся хмурился всё сильнее, эмоции сдерживать становилось сложнее.

— А потом ваш кузен предложил мне помощь, — Боресь торопливо смахнул выступившие на лбу капельки пота.

— Дальше, — отрывисто приказал Ведьмак, до хруста сжимая пальцы. Ревность тисками сжала его сердце, а упоминание о брате и вовсе загнало в грудь острую спицу.

Боресю пришлось поведать про своё участие в похищении, хоть рассказывал слуга, клятвенно заверяя, что он только исполнял приказания Варлекса и даже не догадывался, к чему это приведёт.

Дарвальд ни на минуту не усомнился, что именно так оно и было, ведь всё неплохо подходило под разговор с братом.

История, поведанная Боресем, завершилась на том, что его выбросили из кареты, ограбили и оставили в лесной глуши одного.

— А как ты до столицы добрался? — Дарвальд смотрел на слугу с презрением, тот до сих пор дрожал осиновым листом и отводил глаза.

Леший пообещал превратить Бореся в куст чертополоха, если хоть одно слово о местонахождении Русалки сорвётся с уст слуги. А Боресю заканчивать жизнь в растительном виде не очень-то и хотелось, вот и утаил он правду о ночном визите в лесные хоромы.

— Помогли добрые люди, — неопределённо ответил Боресь.

Продолжать неприятный разговор Ведьмак не захотел. Ему и без того было о чём подумать.

— Отправляйся на конюшню и ближайшие два-три дня на глаза мне лучше не показывайся, — строго приказал Валдеш, заканчивая разговор.

Боресь радостно закивал головой. Он сейчас был согласен хоть к свиньям в хлев, лишь бы не впасть в окончательную немилость. Местечко при дворе терять очень не хотелось...

— Значит, всё-таки Варлекс...

От мысли, что не сама Руслена сбежала из дворца, на душе стало немного теплее, но обман кузена эту радость быстро загасил.