Прах любви

В случае успеха она бы получила желаемое, а Крей бы получил не только рабочий ритуал, но следующую покорную жертву. А потом затянул бы поводок на шее нашего ребёнка, выкачивая крохи магии, а когда сила раскрылась бы полностью — забрал и его резерв.

А пока ребёнка не было, Крей довольствовался донорской магией, которую под зельем я сливала в него подчистую. А стена в ответ на примесь моей магии в нём, продолжала отчасти функционировать, сохраняя видимость власти в его руках.

— Пошли, — выжигая магические каналы и возвращая подвижность телу, приказала я Крею, пока решимость сдержать слово не оставила меня.

Орхус неловко поднялся, и неуверенно ступая онемевшими за неделю неподвижности ногами, направился за мной.

— Тёмный резерв нельзя отделить от тела мага, а магию можно отдать только добровольно, — бросила я и почувствовала, как отчаяние захлестнуло мужчину.

Что ж, хотя бы это принесло небольшое удовлетворение. Не все знания есть в родовой библиотеке Орхусов.

Глава 39

Пожалуй, я сломала Крея окончательно. Новость о том, что он остался бы ни с чем, его фактически раздавила и к поджидающим у выхода из его покоев воинам с Матсом во главе, он еле вышел.

— Приведите родителей Маришки, — приказала воинам.

— Зачем? — апатично поинтересовался Крей.

— Они имеют право знать, кто и по какой причине лишил их дочери.

Крей только кивнул, отрешённо разглядывая Матса, старающегося попасть в поле моего зрения. Вот что он хочет? Понять, почему Крей на ногах? Угадать, что я задумала? Или может пожалеть наивную дурочку, а заодно и затащить её в постель?

— Ты на меня злишься? — вдруг поинтересовался Матс, оказавшийся слишком близко.

— С чего такие выводы? — опешила я, невольно покосившись на мужа.

Стыд? А вот перед кем? Сама уже запуталась, что и к кому чувствую, и что стоит чувствовать, а что нет.

— Ты меня избегаешь, — не спуская с меня взгляда, ответил мужчина.

— Я всех избегаю, — покачала головой, старательно контролируя собственное дыхание.

Ну а чего от него так вкусно пахнет? Морозом, парфюмом, ещё и тепло это, вечно его сопровождающее. На фоне того, чем я вынуждена была дышать в спальне Крея, божественный аромат.

— Он, — выразительно посмотрев на муженька, выделил Матс, — тебя чем-то расстроил?

— Он сказал правду, — зачем-то ответила ему. — Я глупая, мстительная кукла, которая недостойна даже жалости.