Говорящая с драконом

— Свободная комната есть? — уже мягче спросил генерал.

— Да все… — пожал плечами корчмарь.

— Я владею кое-какими лечебными навыками, — произнес Рейн Кроу, — в обмен на твоё молчание, кров и еду, попробую вылечить твою дочь.

— Правда? — глаза мужчины наполнились слезами.

— Веди, — ответил маг, затем обратился к нам с Рино, — а вы пока располагайтесь в комнатах наверху. В отдельных!

Затем генерал направился за корчмарём…

*Послушники — хранители Храма Дракона в Валамейне. Ведут затворнический образ жизни, им запрещено вступать в связь с женщинами.

Глава 5

Пройдя в небольшую комнатку, осмотрелась. Узкая кровать, окно с засохшим цветком на подоконнике. Провела пальцем по большому сундуку для одежды. Ни пылинки.

Даже несмотря на болезнь дочери, корчмарь старался поддерживать чистоту.

Сложила сумку на кровать. Покрывало серое, из жесткой ткани. Но чистое. Быстренько проверила содержимое сумки. Всё на месте, хорошо. Главное — мои засушенные травы и дневник Клариссы.

Интересно, как там Рино?

Ему, наверняка, тяжело с такой раной.

Не успела даже сообразить, как ноги понесли меня прочь из комнаты в направлении соседней двери.

— Лина? — Рино сидел на постели, пытаясь снять плащ, — дверью ошиблась? Тебе к Кроу.

Он фыркнул, затем принялся снова враскоряку стягивать с себя одежду.

— Ты ревнуешь, что ли? — хмуро спросила.

— Вот ещё! — гаркнул он, затем опустил взгляд.

Вздохнул. И взглянул мне прямо в глаза.

— А если и да, то что, выскочка? Я люблю тебя.

— Он намного старше, и мне просто интересно, какой он наездник, — тихо произнесла, потопталась на пороге, — к тому же я тоже тебя… люблю…

Рино усмехнулся. Вся грусть тут же спала с его красивого лица. И вот, передо мной снова уверенный в себе, наглый принц Алриады.

— Помочь? — спросила.

— Ну… мне бы эту штуку снять, но плечо сильно болит, — усмехнулся Рино.

Я подошла к нему, села рядом.

— Никчемен, — прорычал он, — принц! Наследник! Вынужден прятаться в собственном королевстве от какого-то жалкого старика!

— Не нужно, — накрыла его ледяную ладонь своей, — ты ранен.

— Ты такая тёпленькая, рыжик, — ухмыльнулся Рино, — согреваешь меня, даже когда вокруг всё сковано льдом.

— Ты сам — один сплошной лёд, — улыбнулась, наши глаза встретились.

Огоньки вновь засияли, в этот раз куда ярче, чем обычно. Всё тело охватила странная, горячая дрожь. Где-то внизу живота заныло.