Мастер не приглашает в гости

Тяжелый вздох вырвался сам собой: ну могла ли я предположить, нанимаясь экономкой в приличный дом, что мне придется быть не только экономкой, но и нянькой этому самому дому?

—  Давай с тобой договоримся, —  предложила я, и погладила стену еще раз. —  Ты прекращаешь свои нападки —  а я не рассказываю о них сэру Кристоферу. Поверь, ему будет очень неприятно узнать, что его творение сделало мне больно! Поверь, он будет очень, очень расстроен твоим скверным поведением!

Дом настороженно притих.

И я уже было решила, что это моя педагогическая победа, как от двери в гостинную, которую я совершенно выпустила из виду, разговаривая со стенами, раздался голос:

—  Мисс Ривс. Будьте любезны подать мне бренди.

Он развернулся и ушел, а я осталась гадать, что из моих бесед со стенами он успел услышать, считает ли брат работодателя меня теперь опасной помешанной или счел тихой сумасшедшей, и что, в итоге, все же заставило притихнуть дом —  мои увещевания или появление хозяйского родственника?

Впрочем, ответ на последний вопрос я получила очень скоро, когда ковровая дорожка смялась волной под моими ногами, и я чудом сумела удержать на подносе заказанный алкоголь и пузатый стакан к нему.

Ах ты, паршивец! Значит, мой авторитет —  ничто по сравнению с надутым мистером Фаулером?

—  Что ж, —  зловеще объявила я. 

И мстительно не закончила фразу.

И в повисшей тишине понесла выпивку в гостиную.

С максимальной почтительностью поставила поднос перед мистером Фаулером —  и ушла искать другого мистера.

Мистера Ящерицу.

Так и не нашла, признала, что мистер Ящерица вездесущ и одновременно неуловим. Вздохнула о том, что день, определенно, не задался —  и села у себя проверять счета.

Выдержала полчаса. Спустилась к кабинету сэра Фаулера. Дважды поднимала руку —  но так и не решилась постучать.

В конце концов, предыдущих экономок, может, за то и уволили, что они не умели соблюдать инструкции. А в моих инструкциях не было ни слова о том, что экономка должна оказывать моральную поддержку…

И если уж меня обуяла жажда бессмысленного нанесения пользы работодателю, лучше обеспечу закуской его брата.