Мастер не приглашает в гости

Но этого я, пожалуй, сэру Фаулеру все-таки не скажу…

Вместо этого я решилась на вопрос:

— И что вы теперь собираетесь делать? 

— Извещу брата и Его Величество, что отныне все заказы от короны должны поступать ко мне напрямую, а не через Альберта. 

Ой-ей-ей…

Что-то — интуиция и жизненный опыт! — подсказывало мне, что мистер Фаулер от такого решения совершенно не придет в восторг. 

Остаток ужина прошел в молчании. 

Как ни странно оно не было неловким, скорее задумчивым с обеих сторон.

Не знаю, о чем именно размышлял сэр Фаулер в моем присутствии, а я невольно косилась на его профиль, когда он этого (я надеюсь!) не видел, и пыталась разгадать, что это все же за человек, почему его брат относится к нему так, будто он совершенно беспомощен, тогда как очевидно, что ни в какой помощи (кроме правильного задергивания штор и крепкого здоровья кухарки!) мой работодатель не нуждается. И что теперь выйдет из всей этой истории с заказом для фаворитки.

Ужасно зудело спросить, что решит сэр Кристофер насчет самого артефакта. Доделает? Забросит? Отдаст заказчику? Показательно перепродаст?

Вопросы зудели на кончике языка, но я благополучно затыкала их вкуснейшим бифштексом. 

Когда перед тем, как покинуть столовую, сэр Кристофер поблагодарил меня за прекрасную компанию, я не совсем поняла, была эта благодарность искренней или глубоким сарказмом, потому что я уж себя прекрасной компанией в данном конкретном ужине вообще не считала и только ругала за то, что вообще влезла в отношения братьев, хоть и из благих побуждений.

А благими намерениями, известно куда выстлана дорога…

Глава 3

Ядовитые дожди в Акристоре явление уникально-обыденное. Уникальное оно для всего остального мира, и даже спустя три сотни лет ученые едут сюда в сезон, чтобы изучать это явление и его влияние на флору, фауну, экологию, физиологию, психологию даже и прочие важные “логии”. Для жителей же северного региона страны, куда, собственно, входит и столица оно давно стало обыденным и воспринимается как привычное неизбежное зло, вроде тополиного пуха.

Все началось, как это частенько бывает, с эксперимента. 

Среброцветница, тогда еще совсем не “дремлющая”, а самая обычная и до всяких там исследований была цветочком довольно полезным, активно применялась в алхимии и медицине, обладая способностью “примирять” в составе одного препарата конфликтующие элементы.