Живые нити

Пока Руфин, безуспешно стараясь не кряхтеть, спускался в тоннель, капитан смерила Алека оценивающим взглядом.

– Договоримся так, – резюмировала она. – Вы мне – максимально подробный отчет, я вам – время отлежаться. Пока остальные будут допрашивать Янниса, вы поедете домой спать.

– Он пришел в себя?

– Да. Несет какой-то бред. Дурак, – последнее слово она будто выплюнула, снова напомнив Алеку ядовитую змею.

Варрон пытала его недолго: Алек собрал все мозги в кучу и выдал самый короткий и сухой доклад, на который был способен.

Голова гудела, а в автомобиле его начало мутить. Добравшись наконец до своей квартиры, он добрел до ванной комнаты, намереваясь смыть пот и копоть, но силы его покинули. Алек сел на холодный кафель, прижимаясь к стене разгоряченной спиной, и глубоко вздохнул.

“Лис мог соврать,” – убеждал он себя. – “Почему я вообще должен верить самому хитрому вору современности?”

Однако кусочки мозаики, ранее такие разрозненные и нелогичные, теперь красиво складывались в одну большую, крайне неприятную картину.

“Прошлый капитан из Бюро говорил, чтобы мы все забыли. Ведь никто не хочет ругаться с полицией, – шептала Дина в голове. – Твой участок кишит продажными полицейскими, которые работают на Эстета…”

Но кто?

Тихо капала вода из незакрытого до конца крана. Алек следил, как в зеркале отражаются блики от фар автомобилей, изредка проезжающих мимо.

Капитан Варрон, Лукро, Руфин, Туллия. Всего четыре человека, которым он каждый день вверял свою жизнь.

“Никто!” – уверенно говорил себе Алек, но червячок сомнения уже прогрыз сквозную дыру в его сердце.

“Эмоции не важны, важны факты”, – говорил червячок прокуренным голосом отца, а ком в горле мешал дышать. – “Каждый из них мог.

Алек продолжал рыться в закромах памяти, ставил каждого на воображаемый пьедестал, светил лампой в лицо и думал. И назойливая, как блоха, мысль щекотала мозг изнутри, отвлекая внимание от остального.

Они вели дело о распространении Гранулы уже несколько лет. Неужели за это время им ни разу не удалось поймать распространителей за хвост, только совсем уж несущественных для дела курьеров? Эстет всегда был на шаг впереди, как злодей из сказок.