Мой фальшивый муж никогда не попадается на вранье

– К тому же, когда ты выходишь замуж за парня в нашей империи, вероятность, что он окажется Змеевым очень высока. Они же на каждом шагу.

– Я вышла не за Змеева.

– Да уж. Благослови небеса Лукьяна, это его лучшая черта. Но я не о том. Вот какая фамилия была у твоего почившего батюшки?

– Я не помню. Вроде Свадьбин. У матушки такая была до брака, во всяком случае. Стало быть, его.

– Не припомню никаких Свадьбиных. Какая у них родовая магия?

– Никакая. Он был купцом. Очень любил деньги. Обнимался с мешками с золотишком до тех пор, пока они не придавили его насмерть.

Не знаю, как Платон умудрился все это пропустить. Но в то же время я даже не уверена, что сам граф все это не пропустил. Учитывая то, что в империи до сих пор не случилось массовых смертей бесценных подданных от его сабли. Это было буквально самое оживленное обсуждение с момента его свадьбы и моего удочерения. То, насколько сомнительным было наше с матушкой происхождение. Особенно мое. Высший свет чуть на атомы не разорвало. Особенно Змеевых, у большинства из которых на почве благородного происхождения был какой-то особенный пунктик.

– Сваха по фамилии Свадьбина…Слушай, ну ведь это же странно.

Он, конечно, был прав.

Все это было невероятно странно.

Но купец Свадьбин на самом деле существовал, я даже знала, где расположена его могила. А большего мне и не было нужно. Мое происхождение волновало меня в последнюю очередь. В отличии от Платона мне повсюду не мерещились заманчивые тайны, и я не горела желанием с полубезумным взглядом перерывать городской архив только для того, чтобы обнаружить, что где-то там три поколения назад кто-то кому-то кем-то все-таки приходился.

– Ты просто хочешь, чтобы у тебя был еще один повод подколоть Змеева. Пожалей парня, у него и так уже скоро будет нервный срыв.

– И поделом. Мы спасли его сколько раз уже? И? Я, конечно, ничего особенно и не ждал, но на скупое спасибо не только никто из из семейки не расщедрился, но и из самого Гордея не вытянешь и благодарного кивка!

– Может, это потому что ты над ним постоянно измываешься? Я бы тоже не горела желанием тебя благодарить.

– Ты путаешь причину и следствие. И ладно я. А ты? А Лукьян?

– Змеев благодарит Хилкова. Это будет историческое событие. Нам придется отбиваться от толпы летописцев, журналистов, возможно, с небес ради такого даже снизойдет кто-нибудь из богов.

– А Иларион? А Рейн? А его горячо любимая сестрица? Хотя тут без вопросов, она-то как раз ничего для него не сделала.