Мой фальшивый муж никогда не попадается на вранье

Наше появление, надо думать, для боевых магов было обыденностью.

Если кто-то видел человека с придурью, его карьерный путь ни для кого не был секретом.

Судя по тому, с какой щепетильностью женщина сравнивала написанное с увиденным, жандармерия заблаговременно направила Аронье Петровне все наши данные от роста и веса до образцов почерка.

К тому же – вряд ли Девичий пансион ждал еще каких-то гостей в ближайшие дни.

На припозднившихся поступающих по крайней мере трое из нас уж точно никак не тянули.

– К вашим услугам, – подтвердил Лукьян.

– Я, по правде говоря, ожидала, что вы будете несколько… старше. И несколько… позже, – с нажимом закончила она.

Тишина, как правило, вынуждала кого-нибудь что-нибудь сказать.

В девяти случаях из десяти самой быстрой реакцией мог похвастаться Платон, самым уничижительным тоном Гордей, а Лукьян имел дурную привычку выставлять собеседника, мягко говоря, не слишком умненьким, так что, пока все они переглядывались, затянувшуюся паузу поспешила заполнить я.

– Мы решили не терять времени.

Вместо времени мы потеряли куратора.

Если, конечно, целенаправленный побег посредством круга перемещения можно так назвать.

Но у нас попросту не было выбора.

Либо так, либо нам бы все равно пришлось менять билеты из-за внезапных как икота похорон Платона.

Потому что Платон сказал:

– Вы тупой.

Антипий Саблин сказал:

– Повтори.

Послышался нарастающий гул земной магии, и без того видавшие виды скамейки в зале ожидания задребезжали, решетки в билетной кассе пошли трещинами, с потолка посыпалась плитка.

И тогда Лукьян, которому принадлежало большинство тактических решений в нашей компании, сказал:

– Ничем хорошим это не кончится.

– Это твои предсказания так говорят? – спросила я, придвигаясь к нему поближе.

– Нет. Это мой богатый жизненный опыт так говорит. Но, если так убедительнее, то я уверен, что предсказания подтвердят мои догадки о том, что пора… – он заметно нахмурился, – … валить.

– Не знаю, пробовал ли кто-нибудь из вас кидать в него ручкой на допросах, но я пробовал, и вот что я скажу – у него отличный стихийный щит, – закатил глаза Гордей, а затем с ненавистью уставился на Саблина.