Кафетерий для спецназа

Йонаш удивился:

— Почему вы папу газетой бьете? У него лапы чистые, он ничего не испачкает.

Ханна сухо ответила:

— Не люблю, когда в мою кровать лезут без приглашения.

Шольт зарычал, растерзал газету и убрался в гостевую комнату. Ханна оставила балкон открытым. Кипя негодованием, сорвала с кровати покрывало и запихнула в стиральную машину. Уроки делали в напряженном молчании. Шольт довольно быстро заснул, и Йонаш, покосившись на него, проговорил шепотом:

— Тетя Ханна, мы вам уже надоели? Если хотите, я буду раскраски в кафетерии оставлять, а Мохито скажу, чтобы он папу в МЧС относил.

После вопроса «Уже надоели?» захотелось честно ответить: «Да». Смутило продолжение — она не запрещала Шольту дневать в кафетерии, зачем тащить больного волка в музей МЧС? Как будто им там экспонатов не хватает.

— Сидите в кафетерии, сколько хотите, — так же шепотом ответила Ханна.

Она попыталась мысленно сформулировать продолжение: «Ты можешь делать уроки в этой комнате, но прошу избавить меня от визитов папы, который ухитряется линять на всю мягкую мебель и ковровые покрытия, а теперь еще и в кровать полез». Слова подбирались с трудом, не хватало убедительности. Ханна задумчиво погрызла карандаш и вздрогнула от короткого, переполненного болью воя.

Глава 21. Выставка детского творчества

Шольту снился кошмар. Он дергал лапами, запрокидывал голову, демонстрируя беззащитное горло, больше не выл, но стонал — так жалобно, с ноткой безысходности, что у Ханны ёкнуло сердце.

— Врачи сказали — это пройдет, — Йонаш бросился к волку, обнял за шею. Разбудил, посмотрел в затуманенные глаза и начал быстро-быстро говорить: — Пап, все нормально, ты дома, я с тобой. Мохито скоро придет. Ты живой, ты был в больнице и уже вернулся.

— Ах-ах-ах... — Шольт дышал со стонами, осматривался, явно не узнавая обстановку.

— Вы у меня в гостях, Йонаш делает уроки, — внесла ясность Ханна.

Она не знала, набирать ли номер Мохито. Если бы медведь был свободен, давно бы увел свою стаю из кафетерия. Отвлекать его от служебных дел?

— Ох... — Шольт помотал головой, встряхнулся.

— Ты в порядке? — Йонаш гладил волка по прижатым ушам, нежно касаясь шерсти.

Шольт подумал и кивнул: «в порядке». Ханна убрала руку от телефона. Скандалить, упоминая кровать, расхотелось.