Навеки твой!

– Ещё один намёк на спальню и мою леди в ней… – прошипел он.

– Достаточно. Кай все верно говорит, отпусти его.

В комнате воцарилась тишина. Тай убрал руки, брат закатил глаза и притворился мёртвым, но эта игра ему быстро наскучила. Он выпрямился и посмотрел на отца.

– Я правильно понимаю, что, пока не трогаю Алису, способен выполнить договорённости с Карсто?

– Что ты имеешь в виду? – Император перевёл взгляд с Кая на Тая. Сколько бы он на них не смотрел, отличий, кроме характеров, найти не мог.

– Я продержусь год от навязанной мне кровью пары.

– Нет, братец, ты не дурак. Ты кретин! – воскликнул Кай и с лёгкостью ушёл от удара брата. – А если не родит? Ты понимаешь, что не протянешь вдали от избранной?

– Она будет рядом, – огрызнулся Тай, – только я к ней прикасаться не буду.

– Может получиться, – задумчиво протянул император, – вопрос в том, насколько хватит твоей выдержки. Свадьба, беременность… В кратчайшие сроки.

Отец закрыл глаза.

– Опять понадобились твои услуги? – вполголоса спросил Тай.

– Тебе сейчас не до дел, – Кай криво усмехнулся, – Палач императора – переходящее знамя. Сегодня я, завтра ты…

– Кто на этот раз?

– Подельники Алекса. – Кай поморщился, словно ему отдавили ногу. Несколько раз. – Братец не понимает, что всему есть предел. Свой шанс он упустил.

– Я сдерживаю, но не всегда успеваю. – Тай досадливо скривился, вспомнив служанку.

Девушка кинулась с восточной башни под пьяный гогот принца и его дружков после того, как ею попользовались младшее высочество и его прихвостни.

И далась отцу та поездка! Если бы он был в городе, сумел бы предотвратить оргию. К сожалению, не успел. Но брат на собственной шкуре ощутил всю прелесть истязаний и унижения. После той ночи Алекс восстанавливался больше трех месяцев. Вроде та ещё собака, а раны заживали долго.

– Алекса ждёт несчастный случай, – отмерев, заявил император. – Гнилая кровь.

Бокал в руках Тая лопнул.

– Спокойно, – махнул рукой отец. – Кай, твой список имен и обвинения.

– Я сам, – прорычал Тай, – сам накажу причастных к этому.

– Хорошо, – не стал спорить монарх и протянул бумаги старшему сыну.

– Астоун, Байлен, так-так, племянник лорда Карсто. Я не пощажу никого, отец.

– Ты видишь, что трое должны жить. Они ещё нужны.

– Империи они уже не нужны.

– Иди.