Время дождя

- Ну, это и правда портретики. Их рисуют лучшие художники, а потом приносят в лавку, и здешний маг наполняет их силой, которая делает эти картинки просто волшебными! Как бы я хотела!.. – Кэйтрия оборвала себя на полуслове и вздохнула: - Они прекрасны… Неужели ты не чувствуешь, что даже сейчас они испускают силу, чудесно действующую на нас?

С улыбкой глядя на мечтательное лицо подопечной, Сашка сказала:

- Значит, теперь мы будем богаты и счастливы!

- Почему? – теперь удивилась Кэйтрия.

- Потому что такие картинки могу нарисовать и я.

Оторопевшая девушка только смущённо улыбнулась, и Сашка уверенно сказала:

- Придём домой – расскажу всё. А пока поторопись – нам надо успеть ещё в несколько лавок – затовариться. Не забывай, что времени на всё про всё маловато. Темнеет уже.

И они побежали. Благо что все нужные им лавки оказались в том же ряду, девушки закупили всё, что пригодится именно сейчас, вечером, и наутро. С тратой денег решили не спешить. Поэтому в одной лавке взяли нитки. В другой – продукты.

И на выходе из продуктовой лавки Сашка совершила ошибку.

Как телохранитель. 

Она пропустила мимо себя Кэйтрию на улицу. Перешагивая порог, ещё удивилась: неужели они так долго были в этой лавке, что уже настал вечер – грохочущий дождём и настолько тёмный, что в нём исчез свет даже ближайших уличных фонарей? А в следующий миг в этой плотной тьме отчаянно закричала Кэйтрия.

Глава 5

Но её крик мгновенно смолк, сменившись быстрым и жалобным: «Ах!.. Ах!..» 

Сашка ошалело шагнула ещё раз, видя перед собой смутную вертикальную полоску и помня (где-то там, в уходящей реальности), что это подопечная.

А потом полоска задёргалась в разные стороны, постепенно пропадая в съедающей её тьме – вместе с болезненными вскриками Кэйтрии. Чисто на инстинктах, помня, где должна быть девушка, Сашка прыгнула вперёд, вбросила руку куда-то в темноту. Пальцы, мгновенно промокшие, стукнулись в мягкое и вцепились в дёргающуюся ткань. А потом Сашка просто выдернула Кэйтрию из темноты и сильно толкнула её за себя, мимолётно удивляясь, почему она такая тяжёлая.  

Нога будто сама пнула какую-то дрянь, вцепившуюся в подол плаща подопечной, и Сашка учуяла, как что-то живое, но не очень ловкое свалилось во тьме – совсем рядом.

Но другие живые не свалились, не отпрянули, а навалились все вместе, и от первого укола, болезненно проткнувшего ногу, Сашка вскрикнула сама. А потом… оставалось только подпрыгивать, слепо всматриваясь, где же враг. А врага – слишком много.