Яблоневая слобода

Всегда найдётся какой-нибудь идейный поп, который встанет у стены, сложив руки, да так и будет стоять, пока не упадёт, вернее, пока его не свалят. Прошлой зимой одного монаха, выброшенного на мороз, так и хоронили, со сложенным окоченевшим троеперстием.

А местные одураченные крестьяне потом ещё начнут почитать его святым. И эту дурь из них уже не выбить.

Незачем плодить святых мучеников, да и в расстрельные бригады никто особо не рвался. Неверов всегда поступал умнее. Он загодя готовил пропаганду для местного населения, одного-двух попов, правда, приходилось пускать в расход, а остальных просто арестовывали и высылали куда подальше.

Да и местные сами приходили в отделение и указывали, рассказывали, нашёптывали, подписывали. А потом ещё и стены по кирпичикам разбирали. И тогда уж об этих нахлебниках в рясах никто не жалел.

Но в этом городишке что-то пошло не так. Местные не торопились с рассказами, да и с сотрудниками вышла неурядица.

Двое попросту исчезли, а третий, судя по полученной информации, сложил с себя полномочия и заперся в одной камере с монахом из монастыря.

Просил, чтобы его тоже судили как религиозного.

Щека Неверова слегка дрогнула. Только этого ещё не хватало – в самый разгар войны против всеобщего одурманивания лучшие сотрудники будут переходить на сторону врага.

Тем временем чёрный автомобиль притормозил у ворот монастыря. Неверов медленно вышел из машины, взяв с собой небольшой кожаный портфель. Проходя через арку ворот, майор аккуратно надел фуражку.

– Товарищ Неверов? – спросил появившийся из небольшой будочки привратника офицер.

– Так точно. – Неверов вытащил из нагрудного кармана краешек красной «корочки».

– Капитан Щукин ждёт вас.

Неверов коротко кивнул и, спросив дорогу, направился к белому трёхэтажному зданию.

Капитан Щукин, грузный офицер с ярко-красной физиономией, встретил его у входа.

– Здесь они, здесь, – после краткого приветствия начал объяснять Щукин. – Хотели вывезти, да куда? В городе и управа, и тюрьма сгорели ещё три месяца назад, даже процесс пришлось вести в подвале начальной школы.

А в райцентре… Да туда разве сейчас доберёшься? Река вон как разлилась. Дождь-то лил целый месяц.

– Я же добрался сюда из райцентра, – тихо заметил Неверов.

– Ну так, – Щукин вытащил платочек и торопливо промокнул потеющую физиономию, – вы-то, наверное, на пароме…

– Так где вы их держите?

– Здесь, здесь, – с готовностью закивал Щукин. – Навесили на кельи замков, никуда не денутся, голубчики.