Яблоневая слобода

– Журналист, который активно интересовался Русаковым. – Сергеев провёл рукой по лицу. – В больнице с потерей памяти.

– И что?

– Ты говоришь – предупреждали. Так вот этот журналист меня и предупреждал, что от Русакова лучше держаться подальше. Теперь у него провалы в памяти.

– Может, это никак не связано? – вяло предположила Аня.

– Как же, не связано, – буркнул Сергеев. – Может, и наши ночные приключения с Русаковым тоже никак не связаны?

– Ну, это как посмотреть. – Аня отвела взгляд.

– А ещё тем журналистом интересовались люди из уважаемых организаций. Может, и здесь Русаков ни при чём?

– Может, и нет. А может, и да. Русаковым тоже много кто интересуется. И уважаемые организации в том числе. – Аня, кажется, начинала раздражаться.

– Как-то ты подозрительно много о нём знаешь. – Сергеев внимательно смотрел на Аню снизу вверх.

– И что дальше?

– Откуда? – Сергеев встал.

– Отсюда.

– Ты с ним знакома, да?

– Даже если так. Я уже говорила – он гостей не любит. А вообще, раз уж тебе интересно, – Аня улыбнулась. Так улыбаются ведьмы в кино. Сергеев не мог оторвать взгляда от её ореховых глаз. – Скажу тебе вот что. С Русаковым вообще никто не знаком.

– Как это? – опешил Сергеев.

– А вот так. – Аня сделала шаг назад, её лицо приняло обычное дружелюбное выражение гида-экскурсовода.

– Куда? – Сергеев успел начисто забыть, о чём шла речь до звонка Вадику.

– На Сюмарь.

– Что? – переспросил Сергеев, у которого снова мысли путались.

– К отцу Леониду, – проговорила Аня таким тоном, будто повторяла что-то в сотый раз.

– А, ну да. Конечно. Только, может, сначала поедим?

– Отличная идея. В вашей гостинице, я слышала, неплохо кормят.

Спустя пять минут они уже сидели в кафе на веранде.

Сергеев заказал сразу половину меню, Аня присоединилась.

– Так ты говоришь, никто не знаком с… с ним, – Сергеев закончил фразу после выразительного взгляда Ани. – Как такое может быть?

– Вполне может. Это же… ну, ты понял. – Аня намазывала ажурный золотистый блинчик варёной сгущёнкой.