На Грани любви

Тот, однако, не внял и продолжал ржать. Тогда я перевела взгляд на Рая, и тот, отсмеявшись, пояснил:

— Ни одна кашасера не сядет за один стол с мужчинами, — он хотел что-то еще добавить, но я язвительно переспросила.

— Побрезгует, что ли? — на мгновенье установилась звонкая тишина, которую разбил смех графа.

— За это тебя можно уже высечь кнутом, — процедил карлик.

— Нет, Рина, — отсмеявшись, пояснил Рай, — потому что женщин никто не посадит за один стол с мужчинами — это не принято.

— Мне уйти? — процедила сквозь зубы, чтобы не сорваться и не наговорить ничего про их дурацкие законы.

— Сиди, — улыбнулся Рай, улыбнулся так светло, что вдруг стало все равно и дурацкие законы, правила и обычаи. — Я уже привык… — на душе стало легко, и я, чтобы как-то занять руки и спрятать глупую улыбку, что так и норовила расцвести на губах, опустила голову и стала кромсать кусок мяса, что лежал у меня на тарелке.

В конце концов, что бы они там ни говорили, но кушать хочется и пусть пока терпят меня, совсем скоро я вернусь домой… Занятая своими мыслями, я совсем не следила за разговором, который завели мужчины, но, насытившись, начала прислушиваться.

— Ты упрям, — с досадой произнес Рай. — Дождешься, пока Кашару надоест твоя болтовня…

— Пока такого не предвидится, —выдвинул подбородок маленький виконт. — А бросать собственный дом я не намерен.

— Домом он был, когда тут жил твой отец, — фыркнул граф, — а теперь в любой момент он может вспомнить, чей ты сын.

— Полно, Рай, — теперь виконт говорил спокойно, даже его губы приняли нормальное положение, а не вытянулись в поджатую линию. — Если он не убил меня раньше, зачем это делать теперь... Отец мертв, братья тоже, я — случайность, рожденная от простой кашасеры. За мной нет никаких сил, ни один аристократ не станет связываться с таким, как я. Большинство видит лишь куст пустынной колючки, маленький, пыльный, но не помнит, насколько цепки и длинны его корни…

— Еще бы, — усмехнулся граф, — корни древнего рода графов Дагосских… Такие уходят глубоко в почву…

— Я смирился, Рай, — спокойно произнес маленький виконт.

***Дагос. Аудиенция***

«Мне нечего стыдиться», — как мантру, повторяла я, ступая вслед за графом по коридорам дворца.

Мне нечего стыдиться.