Будь моим... оборотнем

— Ну а как мы найдем нужное для обряда место? Горы-то немаленькие.

Как же обидно осознавать, что я безоговорочно согласна на любую поездку, в любом направлении и с любыми последствиями. Только бы с ним. И хорошо, что Ричард не знает о моих переживаниях. Иначе бы он сотню раз подумал перед тем, как пригласить меня в новое путешествие, да ещё практически свадебное.

— О, поверь, скульптуру Велиции ты узнаешь сразу, — хмыкнул он.

— А где твоя любимая? Ты оставил её совсем одну?

— Почему? Она приехала со мной и сейчас знакомится с Маделин.

— Тогда давай поспешим, — и, навесив маску счастья, добавила: — Очень хочу увидеть женщину-оборотня.

— Она ничем не отличается от человека, но очень не любит обращаться, — улыбнулся Ричард, легко поднимаясь с земли и подавая мне руку.

***

В доме знахарки было тихо. А где же смех, где задушевные разговоры? Или они настолько задушевные, что произносятся шепотом?

Мы с Ричардом переглянулись и, одинаково пожав плечами, пошли искать Маделин. Нашли. Та сидела, опершись щекой о правую ладонь, нетерпеливо стучала ногтями левой по столу.

При виде нас Ривалия улыбнулась Ричарду и скользнула по мне злым взглядом. Я ответила ей ядовитой ухмылкой и присела рядом со знахаркой, а Ричард — около своей невесты. Стороны поделились. Мой друг заговорил первым, словно совершенно не замечая натянутой паузы между собеседниками.

— Анна, познакомься с моей невестой Ривалией и ее братом — Каррелом.

— Очень приятно, — безрадостно сказала я.

— Угу. И мне,— ответила девушка.

— И мне очень приятно, — заулыбался Каррел, поднимаясь из-за стола и целуя мою руку.

А она хорошенькая, а главное — молоденькая. Ну, правильно, в здешних краях двадцать два года — это уже старость, а этой красоте лет восемнадцать от силы. Вся такая ранимая, нежная, губки пухлые, щечки розовые, кожа фарфоровая, усыпанная веснушками, а волосы — ослепительно-рыжие.

Брату на вид было лет двадцать. Он напоминал сестру разве что рыжиной, а так: бородат, мускулист, взгляд добрый как у большого ребенка. Но ещё больше мне нравилось его благодушное отношение к моей персоне.

— Ну как тебе, бабуль, моя избранница? — уточнил Ричард.

— Очень приятная девочка... — прошипела Маделин, все так же нервно постукивая пальцами.