Будь моим... оборотнем

Но не для меня.

С другой стороны, он прав — государство надо поднимать из руин. Возможно, таким образом я бы смогла оказать посильную помощь. Да и нет мне смысла цепляться за свою свободу. Не Харот, так какой-нибудь лорд, коих здесь — бесчисленное множество.

— Разреши мне подумать над этой просьбой, — я попыталась улыбнуться, но не смогла.

— Но это не просьба, — не согласился правитель. — Это исключительно выгодное предложение, от которого глупо отказываться.

Появилось в его взгляде что-то такое, из-за чего я поняла — Харот не примет отказа.

Он привык завоевывать, и я — следующее его завоевание.

— И всё же...

— Хорошо, Анна. Если тебе так хочется. Но не больше месяца. Согласна?

Кивнула.

— Я могу идти?

— Спокойной ночи. Поверь, ты полюбишь меня.

Я выползла из кабинета на ватных ногах. У меня есть один месяц, но как за тридцать дней я сумею найти достойную причину для отказа? Уж не забеременеть ли мне от кого-нибудь другого? Ну да, подойти к первому встречному и предложить ему стать отцом.

«Не хотите ли спасти девушку от брака с королем?». Интересно, как на меня посмотрит предполагаемая жертва? Да и что за глупые принципы? Родить ребенка от неизвестного мужчины лишь потому, что самый шикарный жених всей Кристани (да и не только её) предложил мне стать его женой?

Были бы у меня деньги — я бы сбежала. Но не могу. Я — пленница золотой клетки. У меня есть всё, но нет свободы. Не золотые ложки же воровать из королевской столовой...

Видимо, у меня никогда не получится жить спокойной жизнью.

То в опале, то на троне.

Впрочем, меня тяготило нечто другое. Не страх замужества и не желание сбежать. Уже полгода я никак не могла разобраться с собственными чувствами по отношению к одному мужчине.

Как быть, если я уже была влюблена?

И тот, кого я вспоминаю ночами, пишет мне раз в месяц отвратительно короткие письма, необходимые лишь ради отписки, не делится ничем и на мои вопросы отвечает крайне скупо.

С другой стороны, как можно утверждать, люблю я или нет, если я не видела его уже полгода? Вполне возможно, что образ нарисовала по памяти, а чувства, оставшиеся после отъезда Ричарда, — преданность другу.

Возможно, свадьба стала бы идеальным решением всех проблем. Никаких мучений, никаких «а если бы...». У меня появится муж, которого я постараюсь полюбить, а Ричард перестанет икать после каждого моего воспоминания о нем. Так может согласиться прямо сейчас?

— Нет уж.