Хранитель сердца моего

Я расхаживала туда-сюда и не сразу заметила, что Хранитель пристально смотрит на меня. Как долго это длилось? Я придала себе невозмутимый вид и села у огня. Моран подошел ближе, не сводя с меня глаз.

– Пора отправляться дальше, – сказал он, подавая мне руку, – неподалеку здесь есть место, где мы сможем спокойно переночевать.

Я встала и обреченно посмотрела вниз. Спускаться предстояло долго. Бесконечно долго. Но, чем скорее спустимся, тем быстрее появится шанс обрести свободу.

Мы снова отправились в путь узкой тропой.

Постепенно менялся ландшафт вокруг. Кое-где появлялись карликовые деревья и чахлая трава. Чем дальше мы шли, тем гуще становилась трава и выше деревья. Мы возвращались в мир людей, солнечного света и жизни. Я была рада этому. Рада, несмотря на то, что в этом мире меня ожидали сплошные трудности.

Когда мы спустились и ступили на землю, уже вовсю светило солнце. Было прохладно и влажно. Перед нами открывался густой непроходимый лес.

Моран шел рядом. Он огляделся по сторонам и повел меня в самую чащу леса.

Мы прошли около ста метров, и за стволами вековых деревьев показался дом.

Старый двухэтажный дом из серого камня. Стены его были увиты плющом, забор превратился в руины, а крышу облюбовали птицы для разведения гнезд. Он был явно заброшенным, но при этом не казался ни мрачным, ни отталкивающим. Почему-то хотелось как можно скорее забежать внутрь, да там и остаться.

– Мы на месте, – сказал Моран и повел в дом, который словно ждал нас, глядя темными глазницами окон.

Мы вошли внутрь, и я с изумлением отметила, что разрушение здания никак не сказалось на его убранстве.

Дом внутри и дом снаружи разительно отличались, словно это были два разных места. Здесь, внутри, все было чисто и аккуратно. Ковер на полу. Камин в стене с остатками золы. Массивный диван с плюшевой обивкой. Два кресла, потертый стол. На кухне – все необходимое убранство, очаг и посуда.

За домом явно следили и наводили уборку. Несмотря на скромную обстановку, здесь было по-домашнему уютно и спокойно.

– Как же здесь хорошо! – воскликнула я, поворачиваясь к Морану, – в таком месте я хотела бы жить.

Он как-то почти незаметно дернулся. Зрачки его расширились, глаза потемнели, становясь темно-синими. Многое было в этом взгляде. И изумление, и скрытый гнев, и потаенная боль. Так мне показалось. Но через секунду его взгляд изменился и стал прежним – равнодушно-отстраненным.

– Я покажу тебе твою спальню, – холодно произнес он и повел меня на второй этаж.