Рыжее (не)счастье императора

Через все магические барьеры, не дающие соединиться нашим печатям, проникает чувство – это мой мужчина, моя любовь. Мой горячий, полный нежности и тепла, и самый надёжный. Да я лучше умру вместе с ним, чем позволю этому тысячелетнему чудовищу прикоснуться ко мне.

Рум оглядывается, но меня, естественно, не видит.

Император бросает в огонь один из трёх пучков трав. Звучит его голос, усиленный магией. Слова отражаются от скал, и грозное эхо делает их ещё более величественными.

– Едва моя сила перельётся в тебя, ты должен будешь убить меня, – он протягивает трясущуюся руку, и Грет вкладывает в неё меч.

Рум явно колеблется.

– Но, Ваше Величие, как я могу…

– А как ты думал? Передав тебе силы, я проживу недолго и погибну в мучениях. Потеряв магию, я превращусь в жалкого калеку, лишившегося слуха, зрения и всего остального. И тянуть более опасно. Если я умру своей смертью, магия, дракон и Империя умрут вместе со мной. Надеюсь, ты в свой черёд поступишь так же, передашь достойному полученную от меня магию.

Как благородно это звучит. Рум покорно склоняет голову и принимает меч из рук своего убийцы. А я чувствую, как внутри меня закипает ярость.

– Пора, – говорит Алия. – Сейчас я верну тебе магию, но сначала ты должна успокоиться. Иначе всё испортишь. Ты подключишься к Руму незаметно, так чтобы он не почувствовал. Станешь им, даже если тебе придётся на время задавить свою собственную личность. Второй набор трав помогает перейти силе. Всей, кроме последних капель. Третий, самый маленький пучок трав перельёт эти капли вместе с капсулой шень, душой императора.

Я кивнула. Ясно, всё проще простого, я этим каждый день занимаюсь сразу же после завтрака. И тела занимаю, и головы рублю всяким там богам.

– Погоди, Алия, сейчас.

Я делаю глубокий вдох и медленный выдох, отсекая своё я.

– Давай.

Император бросает второй пук трав в огонь, и площадку окутывает дым. Сейчас нас не видит никто. Я чувствую, как течёт огненная лава в моё хранилище. Её так много, что я с трудом удерживаю меч в руке и только краешком сознания помню о том, что велел мне сделать великий император, отец моей любимой женщины. Это неправильно убивать того, кто передаёт тебе власть, мир и любовь, но я должен.

Третий пучок трав. Это очень больно.