Огонь, пепел и ветер

Служительницы подали ей сухую накидку, и она со смущением осознала, что тонкий шелк ее собственных одежд промок насквозь и облепил тело, показывая все изгибы. Она быстро завернулась в накидку.

– Где кинжал? – спросил дракон-император.

От его вопроса Кир Аверин вздрогнул. Казалось, он слегка помедлил прежде, чем осторожно, держа за острие, передать клинок Андронику Великому.

– Сколько лет существует эта вещь – и ни одного дракона от нее не погибло, – сказал тот, покачивая кинжал в руке. – Зато сколько от нее пало людей – не сосчитать.

– Ваше величество, мы подозреваем, что верховный служитель сговорился с андалурцами. Госпожа Исора была шпионкой, пробравшейся во дворец. Они заставили княжну Миру, которая на самом деле была дочерью генерала Хайро, достать кольца, способные пробудить морского дракона и повелевать им. Увы, мы не знаем точно, где кольца сейчас, но скорее всего они были переданы послу Андалур. И, ваше величество... белый дракон Иренеус – похоже, что он пробудился.

Андроник Великий выслушал его с ледяным спокойствием. Его уже переодели в сухие одежды и шурша тяжелой парчой он подошел к столу, и протянув руку к уцелевшему фарфоровому блюду, принялся есть засахаренные орехи.

– Как интересно, – сказал он, сжевав горсть орех. – Как много происходит под нашим носом, а мы и не знаем.

Взяв блюдо, он с размаху швырнул его об пол. Во все стороны полетели осколки и засахаренные орехи.

Все вздрогнули, а дракон-император скинул со стола еще несколько блюд и фарфоровых чаш.

– Иренеус ворочался уже лет пять, неудивительно, что он наконец проснулся. Рано или поздно это должно было произойти. Скорее всего он примет человеческий облик и поднимается наверх. Прикажите страже или легионерам, или кто там сейчас есть, чтобы они высматривали молодых мужчин с очень бледной кожей, белыми волосами и незрячими глазами. Впрочем, думаем, он сам к нам придет... Что же касается морского дракона, то мы разберемся с ней потом, – дракон-император повернулся к застывшим, словно статуи служителям.

Все молчали пока вперед не вышел брат Коинт и опустившись на колени спросил:

– Ваше величество, вы желаете покинуть Лунный остров и отправиться в столицу? – хотя его голос звучал безмятежно и учтиво, как и полагается служителю, в нем сквозили едва заметные ошеломление и отголоски паники.