Огонь, пепел и ветер

Его взгляд переменился, по лицу словно пробежала волна, и оно приняло знакомое надменное и слегка скучающее выражение. Его поза приобрела странное изящество. Казалось, будто он просто присел отдохнуть во время прогулки. Учитывая то, что его одежды насквозь промокли, а влажные волосы липли ко лбу, это выглядело почти смешно.

– Ваше величество, вы в порядке? – по-змеиному спросила Агата.

Вырвав рукав из цепких пальцев брата Коинта, вознамерившегося удержать ее на месте, она подошла к дракону-императору и опустилась на колени.

– Агата, как хорошо, что ты жива. Скажи, тебе бывало, когда-нибудь грустно и одиноко и так хотелось, чтобы кто-нибудь к тебе пришел, а когда этот кто-то появлялся, то сразу же начинал тебя злить до колик?

– Да, бывало иногда. Особенно с Вероникой, моей сводной сестрой.

– Тогда ты нас поймешь. Ладно, пойдем, пора навести тут порядок.

Глава 23. Лили и незрячий взор

Когда они вернулись в зал, людей там поубавилось. Служителей стало куда меньше, брат Сильвий и сестра Ноксия куда-то делись.

Как потом узнала Агата, Исора не прекращала смеяться, а еще порывалась царапать ногтями свое лицо. Ее связали и заперли. Лидия и Фрол Зерион так и не пришли в себя. Их тоже перенесли в комнаты, где держали под стражей.

Место где раньше лежала Магда было залито кровью, которую никто так и не убрал.

Кир Аверин и Елена сидели подле стола. Когда в зал вошел дракон-император с Агатой и свитой служителей, они вскочили на ноги, чтобы затем упасть на колени.

Генерал был бледен, и, казалось, едва стоял. Похоже, что столкновение с тем, что было Фролом Зерионом далось ему нелегко. Агата вспомнила слова Миры о том, что светящийся шар способен причинять человеку невыносимую боль.

– Что с девочкой? – спросил дракон-император, подходя к ним.

– Магда жива, ваше величество, – ответила Елена. – Ее перенесли в лазарет. Целители сказали, что кинжал не задел ни ее сердца, ни легких и это самое главное, но она потеряла много крови и ее ждет тяжелая ночь.

С одежд и волос Андроника Великого стекала вода. Он вдруг скинул с плеч тяжелую мантию и явно намеревался избавиться и от нижних одежд. Его тут же окружили служители, с невесть откуда взявшимися сухими одеяниями.

Агата отвернулась, чтобы случайно не увидеть того, на что ей не следовало смотреть.