Враг мой – муж мой

– Если до сих пор я мог сомневаться, что иду по верному следу, то сейчас я уверен, что вы укрываете её, – процедил он, и парадоксальным образом его тихий голос не заглушили ни ветер, ни ливень, ни раскаты грома.

– Твое право думать так, как ты думаешь. Но это ничего не изменит, – отозвалась Альциона.

Сестры невольно клонились в её сторону, буквально прижимаясь к своей матушке.

– Это изменит всё, – холодно отозвался герцог. – Ты всерьёз рассчитываешь, что магический купол, чья сила происходит от медвежьих камней, способен остановить повелителя Медвежьего щита? Или полагаешь, что страх перед богиней удержит потомка Юдарда?

Леолия стиснула кулаки.

– Тогда у меня для тебя плохие новости, женщина. Клянусь, я разрушу вашу защиту до основания, не оставив и камня от вашего жилища. Я заберу то, что принадлежит мне. Но если для этого мне понадобится применить силу, то здесь не останется ничего: ни камней, ни дев, ни алтаря.

Сердце принцессы сжалось от ужаса.

– Кощунник! Как ты смеешь угрожать обители небесной богини?! – вскричала гневно дева Касьяна. – Даже король не смеет…

– А я смею, – перебил её Эйдэрд. Очень спокойно. Очень холодно. – И я – не король.

– Что ж, – ответила ему мать Альциона насмешливо, – попробуй, сын Юдарда. Мы примем из рук богини и жизнь, и смерть.

И тогда Эйдэрд ударил. Он поднял коня на дыбы и мечом пронзил грань купола. К ужасу Леолии, защита отозвалась вспышкой. Девы вскрикнули, на миг увидев, что от удара невидимый купол прогнулся.

Как такое может быть?!

– Царь Ночи, – зашептали девы. – Это Царь Ночи! Богиня милостивая, защити нас!

Альциона обернулась к ним.

– Настал час испытания нашей веры, девы. Касьяна, подними всех на молитву. Пусть затеплят свечи в храме. И жизнь, и смерть мы примем из рук праматери. Да не дрогнут сердца. Да не окажется среди нас малодушных!

Дева Касьяна поклонилась. Ветер сорвал с её некрасивого лица вуаль, и Леолия увидела, что строгие глаза суровой девы горят предсмертным воодушевлением.

Эйдэрд рубил мечом защиту купола с мрачным спокойствием уверенного в победе завоевателя. Купол вспыхивал под ударами. Девы затянули молитвы к благой и милосердной. В прорехи начала попадать вода.

– Он же не сможет? – тихо спросила Леолия у матушки.

Та улыбнулась ей тепло и ободряюще. Но принцесса вдруг поняла: сможет. И матушка это знает. И Касьяна.