Враг мой – муж мой

Однако, всего лишь пара яиц для желудка оказалось невыносимо мало. Девушка покосилась на тарелку герцога.

– У вас ещё бекон остался, – напомнил Эйдэрд и отодвинул от девушки свою тарелку.

– Но это труп свиньи!

– Ну так сделайте, чтобы её жертва не оказалась напрасной.

Он пожал он и захрустел шкварками. Леолия нерешительно глянула на бело-розовый зажаристый кусочек.

– Она умерла, – заметила девушка.

– Мы все умрём, – философски ответил герцог. – И нас тоже съедят.

Терзаемая муками совести, Леолия наколола останки свиньи на вилку и положила в рот.

Зажмурила глаза. «Прости меня, свинка», – прошептала мысленно. Ей казалось, что кусочек буквально растаял во рту.

Вкусно!

Юдард возьми, как же вкусно!

Принцесса не заметила, как отрезала ещё кусочек, а затем ещё и ещё. Очнулась только, когда поймала насмешливый взгляд Эйдэрда. Покраснела, отодвинула тарелку с малюсеньким кусочком недоеденного бекона на краю. Потупилась.

– Вовсе и не вкусно, – процедила. – Но вы мне угрожали!

Злодей протянул ей платок.

– Даже не подозревал, что это будет настолько действенный метод. Позвать служанок, чтобы помогли вам переодеться в свадебное платье?

– Не надо. Это и есть моё свадебное платье.

Девушка с вызовом посмотрела на него. Но на герцога, по-видимому, её заявление какого-либо впечатления не произвело. Он кивнул, не торопясь покидать покои невесты.

– И даже не вздумайте угрожать мне ядом, чтобы я надела что-либо иное!

Эйдэрд внимательно посмотрел в её глаза, наклонился и убрал с девичьих губ волосинку, выбившуюся из причёски.

– Никогда не вынуждал женщин одеваться, – произнёс низким чувственным голосом. – Только раздеваться.

Леолия вспыхнула.

– Не смейте мне говорить о таких мерзостях!

– Мерзостях?

Медведь приподнял бровь, а затем, сдвинув столик, отгораживающий их кресла друг от друга, шагнул к невесте.

– Девочка, никогда не рассуждай о том, чего не знаешь.

Эйд подхватил её, поднимая из кресла и прижимая к себе. И, не отводя взгляда чёрных глаз от её испуганных карих, наклонился к лицу.

Глянул на губы и снова в глаза. Коснулся указательным пальцем рта девушки, нежно провёл по очертаниям. Леолии хотелось крикнуть, чтобы он… он… Но она не могла даже пошевелиться. Отчего-то дыхание стало прерывистым, и это не был страх. Вернее, был, был страх, но непонятный для неё. И странное желание чтобы его губы коснулись её губ.

Однако хуже всего было то, что мужчина, по-видимому, понимал, что с ней происходит.