Мой бесполезный жених оказался притворщиком

Сотни довольных клиентов, мой личный опыт, это могли бы быть вы, если бы у вас всех, конечно, были смартфоны.

Гордей Змеев выглядел как человек, которому наконец-то удалось вырвать из рук ведущего кинопремии микрофон, чтобы заявить на весь зал, что лучшей в номинации была его пятнадцати секундная запись бегущих муравьев, но всё куплено, и только поэтому он проиграл.

– Из-за вас я стал всеобщим посмешищем! Я жду извинений! – в своей излюбленной манере он начал сразу с наезда и обвинений, но из-за разбитого носа выходило гнусаво и не так внушительно, как он, наверное, рассчитывал.

– Не то можете быть уверены, я стану худшим гостем на вашей свадьбе, которого только можно себе вообразить! Поняли?

Он уже забыл, что мы пришли спасти его, и в текущей ситуации с нами вообще-то лучше было не ссориться. Желание оставить за собой последнее слово было ему дороже жизни.

– Я не согласен, – покачал головой Лукьян.

– Сомневаешься в моих словах?

– Я не согласен с тем, чтобы ты был гостем на нашей свадьбе.

Моя черная ревнивая душонка не вынесет подобного зрелища, я от горя утоплюсь прямо в салате. Или тебя утоплю, тут уж как повезет. На кого Дафна бросит больше благосклонных взглядов за время церемонии, тому и суждено остаться в живых.

Парсийцы возбужденно принялись обсуждать между собой полученную информацию. Слухи есть слухи. Всем интересно, что же там такое произошло.

Один лишь Ивар Белобровый продолжал глядеть на меня огромными, полными неверия и надежды, глазами.

Эм, мы были какими-то потерянными родственниками или что?

Надеюсь, что нет.

Только этого-то мне для полного счастья и не хватало. Родства с какими-нибудь маньяками.

– Хватит сочинять этот бред! – шмыгая носом бросил Гордей.

Призванные Иларионом твари возобновили движение.

– О, ты думаешь, я сам это все придумал? – развеселился Лукьян.

– А кто ещё?

– Слухами столица полнится, – философски отметил Лукьян, – все мы лишь народная молва.

Я проверила правый карман юбки, затем левый, но не обнаружила даже следа записки парсийцев, хотя могла поклясться, что точно сунула ее в карман.

В отличии от храмовой грамоты! Да я ее вообще с собой в академию не брала, в поместье оставила, в ящике стола, под замком! Фекле оставила ключ, попросила в первую очередь спасать в случае пожара?

Как такое могло произойти?

Я стала мысленно воспроизводить события вечера в своей голове.