Мой бесполезный жених оказался притворщиком

Из-за плеча Платона я показала Гордею кукиш.

– У вас разный уровень коммуникации, – тем временем пояснил Платон. – Дафнюшка просто не поймет твою примитивную речь.

– Ты! – гневно воскликнул Гордей. – Я знаю, что это все твоих рук дело! Я вызываю тебя на дуэль, понял? Выбирай оружие!

– Я выбираю мозги, – высокопарно сказал Платон, – И как человек чести, не могу позволить себе сражаться с безоружным.

– Что?! – возмутился Гордей Змеев.

Но ворота перед его носом уже захлопнулись.

А уже на следующий день все были в курсе, что Гордей Змеев приезжал к Флорианским, умолял меня вернуться к нему, валялся в пыли, слезах и соплях, но был бессердечно проигнорирован.

Любой другой человек уже на этом моменте бы понял, как тут все устроено, и на время затаился, дал слухам утихнуть, не стал усугублять.

Но не Гордей.

Не добившись ничего у нас, он поехал к Рейнам и полтора часа орал у них под воротами, что он докопается до правды, что он знает, что Евжена с нами заодно, и что ей это не сойдет с рук.

В конце-концов дед Евжены не выдержал и запустил в него сапогом с балкона.

А через два дня сплетники обсуждали то, как Гордей пытался подкупить Евжену, чтобы она соблазнила Лукьяна, и тот меня бросил.

Не взяв и эту крепость Гордей стиснул зубы и подкараулил возле дворца Илариона.

Не знаю, что там между ними произошло, Иларион отказался как-либо комментировать эту встречу, но уже на следующей неделе баронесса Штерн написала письмо, в котором просила меня с огромной осторожностью отправляться на всякую прогулку.

И лучше – в сопровождении гвардейцев.

Надю не нужно было даже просить что-то делать.

Она, конечно, желала всем нам добра, даже Гордею, но говорила такое, что у людей вокруг волосы вставали дыбом.

– Ну что вы, – отмахивалась она. – Гордей очень хороший человек. Он просто не мог знать, что у Евжены аллергия на цветы, которые он прислал Дафне!

– Он так разозлился, что даже попытался убить подругу барышни Флорианской! – ахали люди.

Лукьян просто не открыл Гордею дверь.

Он, по его словам, совершенно не намеревался общаться со всякими сектантами и продавцами румян.

И, когда я уж было подумала, что проблемы закончились, свой ход сделала императрица.

Поначалу она пригласила Лукьяна на чай.

Лукьяну нельзя было чай, в чае был сахар, к нему прилагались плюшки, а Лукьян постился.

Тогда императрица пригласила Лукьяна на травяной сбор.