Мой бесполезный жених оказался притворщиком

– А потом, когда ничего из этого не выйдет, потому что Лукьян в гостях ничего не жрет, никуда не ходит и постоянно делает рожу кирпичом, она подошлет к нему наемных убийц! И знаешь, сколько тогда братьев у меня останется?

– Сколько?

Иларион на секунду задумался.

– Если считать всех по матушкиной линии, а также детей названного брата отца, второго названого брата отца… то пять или шесть, – наконец подсчитал он. – Но из тех, кто меня не бесит, ни одного. Потому что не бесит меня только Лукьян. Он единственный, кто надо мной не глумится.

Я хотела сказать, что Лукьян глумится.

Просто слишком тонко для того, чтобы до Илариона дошло.

Но кто я была такая, чтобы сеять раздор в таких крепких родственных отношениях.

– Да с чего ты решил-то, что она его убьет? – вздохнула я. – Ты как-будто бы не свою мать сейчас описал, а какую-то опереточную злодейку, – единственная злодейка сейчас стоит прямо перед тобой и, гляди-ка, даже я никого не собираюсь убивать. – Я не такое уж сокровище, она уже завтра забудет о том, что вообще что-то предлагала.

– Моя мать и правда бы не стала, – внезапно весь пыл Илариона угас, он сдулся как воздушный шарик, даже немного сгорбился, – но она… Она всегда так поступает. Ты тут ни при чем, – вздохнул он.

Я наклонила голову набок.

Так “не стала бы” или “всегда так поступает”? Разве эти два утверждения не исключают друг друга?

– И я могу понять, почему ты отказалась, я не то чтобы не заметил, что я тебе не особо нравлюсь, но-

– Императрица – это второй после императора рекордсмен по количеству покушений, – перебила этот поток самобичевания я, главным образом потому, что мне ужасно не хотелось, чтобы Иларион углублялся в размышления о моих симпатиях, ведь, где размышления об этом, там и размышления о причинах, а я не смогла бы ничего объяснить без риска произвести впечатление человека с основательно протекающим чердаком.

Я даже не слукавила, я сказала почти правду. Я просто не хотела умирать.

На секунду Иларион просиял.

А затем снова помрачнел.

– Тебе не стоило ничего говорить о Лукьяне, – снова вздохнул он. – Матушку это точно разозлило, и теперь она ни за что об этом не забудет. Если тебе так нужен был подставной жених, нужно было назвать кого-то другого! Например, меня! Уж мне-то она точно ничего не сделает.