Магнолия в твоём саду. Часть 1

Ладно, пойду дальше.

Большой Туж обитал в доме бакалейщика Клааса, другого ближайшего соседа Томаса. Эхо переполоха у Вильгельмины долетело до всех привидений в округе, я чуяла их беспокойство, но Туж был просто в панике. Немой тенью он метался по комнатам, не забывая, по счастью, что обнаруживать себя перед хозяевами нельзя.

Набожные Клаасы и не подозревали, что дом у них — с привидением. Вместо оберегов держали всюду Круги Света, жгли негасимые лампадки и дважды в год приглашали светослужителя очистить их жилище от скверны.

В такие дни бедняга Туж прятался в подвале, в тайной каморке, где его когда-то замуровали. Вот и сейчас, едва почуяв меня, сверчок сразу нырнул в своё гнёздышко и приготовился защищаться всей силой подвластного ему дома.

А в доме было неладно: то же запустение, тот же неуют, что и у Вильгельмины…

— Выходи! — крикнула я Тужу. — Драться с тобой не буду, просто разбужу сейчас твоего хозяина, а он душеедов кликнет. Изгонят тебя в два счёта. А без Дома ты через недельку сам развеешься.

Туж заворчал, закудахтал жалобно и вывалился наружу — здоровяк с бородой-лопатой, кулаки с пушечное ядро. А трясётся, будто кутёнок под дождём.

— Не бойся. Я только поговорить хочу.

— Нельзя, — выдохнул Туж. — Он слышит. Уходи!

Снова-здорово.

— Ты не знаешь, где Томас?

Туж вскрикнул филином и провалился за завесу.

И тут не повезло.

Напротив, у стряпчего Дидера, привидений не было — изгнали давным-давно.

В других домах поблизости все от меня прятались, все отнекивались, стучали зубами, плакали и молили оставить их в покое.

В домах подальше то ли и правда ничего не знали, то ли прикидывались, а может, успели позабыть. На чужую жизнь у сверчков память короткая.

Только старуха Меланна в мастерской белошвейки на углу дала хоть какие-то ответы:

— Живые ездят — стук подков, грохот колёс. Эти — тишком, тайком. На копытах — войлок, на колёсах — войлок. Шёпот вместо голоса. Тихо, тихо. Ти-и-ихо…

— Где Томас Таннер? Что с ним сделали?

— Увезли.

Взяли, что хотели. В мешок — и увезли.

Не кого хотели — что хотели. Всё же я переспросила:

— Томаса увезли?

— Увезли. Всех увезли.

— Кого — всех?

— Всех… всё, что надо… Не знаю! — Меланна вдруг мотнула неприбранными лохмами. — Не могу… Он смотрит. Не могу, когда смотрит. Сделай, чтобы он не смотрел!

Всё без толку.

Тут нужен Соломон. Но он, верно, в Кеслине, а туда я не сунусь даже ради Томаса.