Девятая невеста

Я резко обернулась и увидела в дверях, ведущих из столовой, темную фигуру Рензела.

– Ты должен извиниться перед будущей невестой, – строго заметил король.

– Возможно, – шаги принца отдались гулким эхом, когда он подошел к столу. – Только теперь я решаю: когда, что и кому должен. Вы с матушкой уже достаточно приняли решений.

Рензел с мерзким скрипом отодвинул стул и прежде, чем на него сесть, не глядя на меня, отметил:

– Прекрасно выглядите, леди Цессара.

– Благодарю за комплимент, ваше высочество, – сдержанно произнесла я.

Мало того, что он довольно грубо ответил своим родителям, они даже не подумали на это возразить. Напротив, посерьезнели и напряглись. Так еще принц ни разу на меня не взглянул, чтобы его комплименты хоть чуточку казались правдоподобными.

– Голубой вам к лицу, – вдруг добавил он, отметив цвет моего платья, выбранного Ниссой. И, откинувшись на высокую спинку стула, наконец-то, посмотрел на меня взглядом пронзительных голубых глаз.

– Что-то не так?

«Все», – хотелось ответить, но я ограничилась очевидной фразой:

– Вы опоздали.

Немного поиграв со мной в гляделки, он тяжело вздохнул, взял со стола белую салфетку, встряхнул ее и постелил себе на колени.

– Да, опоздал, – Рензел усмехнулся, а мне показалось, что он пытается скрыть усталость. – Мы еще не женаты, а вы уже просите отчитаться?

– Что вы, всего лишь невинное любопытство.

Хм… Без сомнений, он выглядел утомленным. Даже оранжевый свет огня от свечей на столе не скрывал его бледность и темные круги под глазами.

Рензел словно заболел, хотя еще днем выглядел отлично.

– Велите подать ужин? – вдруг откуда ни возьмись появился дворецкий.

– Да. Будьте добры, мистер Арвел, – согласился король, а Рензел угрюмо бросил:

– И уберите лишний прибор. Он здесь не нужен.

– Конечно, ваше высочество, – дворецкий щелкнул пальцами, и в тот же миг из-за его спины показалась служанка.

Она быстро собрала посуду со стола напротив принца, а королева Астария беспокойно затеребила в руках салфетку и опустила полный печали взгляд.

Я нахмурилась, и еще раз посмотрела на пустующее место, где недавно стояла посуда. Люди верят: прежде, чем отправиться к богам, души спускаются к живым, чтобы разделить с нами последнюю трапезу. Поэтому на стол ставят тарелку для «мертвеца». Однако кое-что не сходилось.

Допустим, эта посуда предназначалась для восьмой невесты.