Девятая невеста

Марька выполняет любую мою прихоть и не таскает драгоценности. Во всём мире не сыскать служанки лучше!

Я крепче стиснула зубы и сжала кулаки. Не позволю отрубить Марьке голову и точка. Пусть своих слуг наказывает, а моих не трогает. Вон лакей стоит и носом не ведёт, а ведь это его не впечатлило мое скромное платье, и это он привел служанку вместо меня. Даже не заметил неладного. А еще говорят, что слуги в замке короля будут поумнее многих господ. Несправедливо! Правильно люди молву ведут, что принц отчасти безумен, поэтому и гибнут его невесты.

Я перестала смотреть, как сэр Ларис неумолимо ко мне приближается, и заглянула в холодные глаза Рензела. Если он действительно умеет видеть души и читать чужие мысли, то пусть знает, что ведёт он себя отвратительно. Да-да, просто ужасно. И лучше я умру вместе с Марькой, чем стану женой деспота.

Моя молчаливая бравада не скрылась от ясных очей принца, и он дёрнул тёмной бровью:

— Полно, сэр Ларис.

Рензел отряхнул перчатки и посмотрел в темнеющее небо:

— Я пошутил.

Пошутил?

— Пошутили? — удивился сэр Ларис.

Ах, какой хороший рыцарь! Мы обязательно с ним подружимся, раз мыслим одинаково.

Сэр Ларис обернулся и круглыми глазами уставился на принца, а тот довольно ухмыльнулся:

— Я не чудовище, сэр Ларис, чтобы в день знакомства заставлять невесту проливать кровь собственной служанки, — он устало выдохнул: — Накажите её сами.

Лицо рыцаря побелело. Пятеро слуг и лакей забормотали.

— Я не позволю…

— И снова шутка, — хором со мной произнёс принц.

— …Отрубить голову… Что?

— Шутка, леди Цессара. Вы подшутили надо мной. Я — над вами, — Рензел гадко улыбнулся, а я захлебнулась собственным гневом:

— Да как вы... Вы!

— Я? Надо признать, очень удивлён, — принц отдал белые перчатки всё такому же невозмутимому дворецкому, и тот впервые пошевелился: плавным, элегантным движением забрал их.

Вот жуткий старикашка! Хелгар — владыка Пустынных земель — нашлёт драконов на столицу, а он с непринуждённым видом продолжит взирать на хаос и протирать винный бокал для своего высочества.

— Я дал вам орудие и свободу выбрать. Предполагал всё что угодно: отрубленный палец, руку. Вы могли просто отшлёпать служанку мечом, но чтобы отрубить голову… — покачал головой принц.