Ведьма по наследству

— Где же? — Мой голос отчего-то стал чуть хриплым.

— В моих покоях.

Мы стояли у ступеней, ведущих во дворец. Белые стены, украшенные завитушками лепнины, возносились чуть не до облаков, колонны в три обхвата подпирали арочные своды, наверху вырастали разномастные башенки. Самая высокая еще строилась. Я видела деревянные леса, крохотные фигурки рабочих. Хорошо, что воевода сказал приземляться на площади, иначе наверняка вписалась бы в одно из сверкающих на солнце стрельчатых окон.

— У нас полно времени, благодаря твоей ступе, — добавил он, взяв меня за руку.

— Приемное время у царя не раньше обеда.

— Я вас здесь подожду. — Юлька шагнула к изящным скамеечкам, расставленным вокруг фонтана, в центре которого три головы Змея Горыныча извергали не огонь, а прозрачные струи воды.

— Нет, конечно, — возмутился Ярополк. — Негоже девушке одной идти в мужские покои. Мало ли, что могут подумать!

Я вздохнула и пошла за воеводой, понимая, что после этой фразы вряд ли он покажет мне что-то действительно интересное.

Воевода жил в казарме — не знаю, как по-другому назвать этот барак. На первом этаже длинного деревянного здания носились мальчишки и парни всех возрастов, одетые в одинаковые серые рубахи и просторные штаны. Волосы у всех коротко острижены, костяшки пальцев сбиты.

— Местные шаолини? — прошептала Юлька.

Ярополк свернул во внутренний дворик. Мы вышли следом на площадку, утоптанную босыми ногами пацанов до твердости камня. К воеводе подскочил белобрысый исполин, протянул длинный сверток.

Ярополк развернул рогожу, и по казарме пронесся шепот. Яр расстегнул пряжку плаща, скинул его на руки подоспевшему мальчишке, снял кафтан.

— Как думаешь, он совсем разденется? — спросила я у подруги, не сводя глаз с торса воеводы, обтянутого тонкой белой рубашкой.

— Надеюсь. Теперь я по крайней мере понимаю, почему ты на него запала.

— Я не… — Ярополк стащил и рубашку. — Ладно, запала, — признала я.

Воевода взял в обе руки по мечу, взмахнул. Мечи свистели и пели в его руках, рассекая воздух.

Солнце отражалось в клинках, ослепляя и без того восторженных зрителей. Яр остановился возле белобрысого верзилы, мечи замерли в сантиметре от обгоревшего носа.

— Неплохие мечи, — сказал воевода. — Закажи штук двадцать в этой кузнице. Если портачить не станут, еще возьмем.

Блондин кивнул, забрал мечи, воевода подошел к нам.

— Отличное представление, — съязвила я.

— Я не паяц, — ответил Ярополк, натягивая рубашку.