Ведьма по наследству

— Не пускай его, Василиса, — Яр поднялся по ступенькам, вошел в дом и заслонил меня от бушующего Ивана. — Я вчера ему объяснял-объяснял, в склеп к Амаранте водил — как об стену горох.

— Вы обманом заставили меня жениться! — яростно выкрикнул Иван.

— Это ради спасения мира! — ответила я, выглянув из-за плеча воеводы. — Ты бы предпочел, чтобы у тебя под столицей разверзлись ворота в ад?

— Покажите мне эту дрянь! Эту обманщицу! Воспользовалась временной немощью царя, чтобы опутать его ложными узами! Да еще и кольцо истинной любви мне напялила.

— Кольцо — это мой косяк, — повинилась я. — Ошибочка.

— Где эта ведьма?! — не унимался Иван.

— Она не ведьма, ведьма — это я, — терпеливо пояснила я царю, но он, кажется, меня не слушал. Он уставился куда-то в глубь дома и затих, не отрывая глаз. Я уж было подумала, что его снова околдовали, но, повернувшись назад, увидела Юльку.

Она прибежала на шум в одной сорочке и стояла возле лестницы. На пирогах мельничихи Юлька еще больше округлилась, но в очень правильных местах, растрепанные после сна волосы окутали плечи.

Она выглядела такой нежной, мягкой, словно свежая булочка, а голубые глаза смотрели на царя твердо, с вызовом. Тишина между молодоженами накалилась, сгустилась, как туча перед грозой.

— Пойми, Иван, — решилась я прервать затянувшуюся паузу, — у нас не было другого выбора…

Царь выдохнул, с шумом втянул воздух. Он что, все это время не дышал?

— Я бы хотел консумировать брак, — сказал он.

Юлька подошла к дверному проему вплотную, ее и царя разделяло не больше пяти сантиметров да невидимая защита дома, которая почти искрила от напряжения.

Я вдруг остро почувствовала себя лишней.

— А больше бы ты ничего не хотел? — ровно поинтересовалась Юля.

— Что с вами не так, девушки? — вполголоса пробормотал воевода за моей спиной. — Одна не хочет замуж, но с радостью предается плотской любви, другая уже замужем, но отвергает утехи плоти…

Иван тряхнул головой, будто отбрасывая наваждение.

— Это все кольцо, — сказал он.

Глаза его стали черными от расширившихся зрачков. — Ты надела мне кольцо истинной любви — древний артефакт, когда-то принадлежащий светлой Лусии и ее супругу — царю Ивану Шестому. Частичка их любви осталась в кольцах, и те, кто их надевает, испытывают друг к другу сильнейшую тягу.

— Не знаю, — пожала плечиком Юлька, тонкая бретелька сорочки сползла, и подруга медленно ее поправила, вызвав судорожный вздох царя, — я ничего такого не чувствую.