Ведьма по наследству

— Два плаща таких купим, раз уж мы вознамерились спасти мир, — Юлька встала, не доев гамбургер, открыла дверь во двор. — У нас действительно нет выбора. Мы должны закрыть чертову дверь. Иди посмотри на это, Вася.

Я подошла к порогу и замерла. Тучи тянулись со всех сторон неба, подползая к моему дому. Холодный ветер гнул к земле траву, обрывал лепестки сирени. На забор тяжело плюхнулась сова-зомби, перевела на меня мутные глаза. Брюс мелькнул розовой молнией — и сова опрокинулась в траву. Ерема подошел, выдернул тяпку из птицы, оттер тряпицей зубчики.

— Это уже третья, Василиса, — сказал Ерема. — Что-то плохое грядет.

Я вспомнила дикий крик подвального бога, от которого все темное в моей душе всколыхнулось, словно муть со дна озера. Бог почуял жертвенную кровь, понял, что его тюрьма может стать вечной. Он звал на помощь. Кто еще услышал его зов? Я поежилась, обняла себя за плечи, но холод словно шел изнутри.

Пора приниматься за дело.

***

— Ты уверена? — Юлька смотрела на крупный кулек из одеяла в моих руках с искренней жалостью.

Я переступила с ноги на ногу, вода в озере осторожно тронула босые пальцы. Уже теплая, еще пару дней — и можно было бы купаться.

— Водяной! — крикнула я. — Выходи, пока я не передумала!

Кореней показался у камышей, быстро подгреб к нам, оставляя за собой белый след, словно катер.

— Что происходит, Василиса? — озабоченно спросил он.

— Некогда объяснять, — сказала я. — Но ты тоже схоронись и в ближайшие три дня не показывайся. И вот еще, — я протянула сверток в его перепончатые лапы.

Кореней откинул уголок одеяла и едва не выронил подарок.

— Я возвращаю тебе Амфибрахия, — сухо сказала я. — Теперь я имею право им распоряжаться. Позаботься о нем.

— Василиса! Я… Тебе… Ты, — водяной позеленел еще больше, жабры на шее затрепетали.

— Все. Пока.

— Ты снова прощаешься навсегда? — понял он, шагнул ко мне.

— Целоваться больше не будем, — я остановила его вытянутой рукой. — Ты и в прошлый раз меня всю обслюнявил.

— Юлия! — воскликнул Кореней, прижимая к себе жабу и поворачиваясь к подруге.

— Прощай, — Юлька всхлипнула, шагнула в озеро, забыв про сандалии, обняла водяного.

А я уже шла дальше. Как же мне не хотелось расставаться со златоносной жабой, кто бы знал.