Ведьма по наследству

Воевода сидел напроти, голубые глаза изучающе скользили взглядом по моему лицу. Он выжидал, наблюдал, анализировал… Я откинулась на резную спинку деревянного стула. Мы походили на двух противников перед схваткой. В левом углу в черных стрингах боец Василиса, более известная как ведьма, в правом, в портках до колен — да, белье в этом мире не особо радует — Ярополк, воевода всея Велируси.

Первый удар провел Ярополк и сделал это мастерски.

— Василиса, — произнес он, — прости меня.

Я приподняла бровь. Пусть сам скажет, за что. У меня так списочек накопился.

— Возможно, я был сегодня недостаточно нежен с тобой. Два месяца сражений, я не остыл после боев…

Я разочарованно вздохнула. Мимо. Я так соскучилась по нему, что нежности были бы лишними. Яр, по-видимому, уловил перемену в моем лице и сменил линию:

— К тому же тебя обидел поступок Еремы, а я не наказал его.

Теплее.

— Но он всего лишь выполнял приказ.

— Твой приказ, который ты отменишь, — заявила я безапелляционным тоном.

— Возможно, — произнес воевода.

У меня чуть рот от удивления не открылся. Так быстро сдается?

— Обстоятельства изменились, — пояснил Яр. — Я ведь был у царя сегодня.

— Ты видел Амаранту? — спросила я, наклонившись через стол. — Ты рассказал царю, что из себя представляет эта выдра?

Перед нами опустились тарелки. Сочные отбивные, картошка в грибном соусе, рядом брякнули плошки с салатом.

— Я видел Амаранту, — ответил Яр. — Царица, несомненно, спасла тысячи невинных жизней.

— Что? — я выронила вилку, официантка тут же подала мне чистую и, кажется, собиралась промокнуть мне губы салфеточкой, но я так на нее глянула, что она мигом спряталась за стойку.

— Приказ отправляться в сумеречный лес исходил от нее. Это она надоумила царя отправить войско…

— На верную погибель! — перебила я его.

— Мы остановили сумеречную армию, разбили ее в пух и прах. Если бы на ее пути не оказалось войска, она просто смела бы города и села до самой столицы. Пограничные пункты не смогли бы оказать сопротивления такой мощи.

— Значит, теперь она — спасительница, — недовольно хмыкнула я. — Она заманила тебя в западню!

— Или верила в то, что я смогу победить.

В его взгляде мелькнуло осуждение.