Ведьма по наследству

Ерема открыл свой мешок, достал оттуда увесистый булыжник и, подкинув его в руке, метко запустил в хребет драпающему волку.

— Что это? — удивилась я, заглянула в мешок. — Ты вез с собой камни? Зачем?

— Надеялся, что ступа не взлетит, — не стал отпираться Ерема, взяв второй.

— Это нечестно! — возмутилась я, выбирая себе камень. — Эх, промазала…

— Вон в того целься, — посоветовал Ерема, показывая на сумерта с черной подпалиной на боку. — Он ранен, быстро не увернется.

Я подлетела ниже, швырнула камень, и тот чиркнул по темной шкуре.

— Есть! — обрадовалась я. — Но ты с темы не соскакивай. Ты действуешь нечестными методами.

— Василиса, я тебе по возрасту в отцы гожусь. И если бы у меня, не приведи светлые, уродилась такая дочь, я бы уложил ее поперек лавки и всыпал ремня так, что сидеть бы не смогла. Это было бы честно и просто, и, верно, возымело бы свои плоды. Но ты ведьма, под защитой воеводы, и действовать простыми честными путями я не могу. Да и не вышла идея с камнями, — тут еще один булыжник треснул сумерта меж ушей.

Я не могла прийти в себя. Мало того что Ерема сказал больше двух слов за раз, так он еще и назвал меня по имени! Пожалуй, я даже не буду ставить ему в вину, что он меня за косу таскал. Тем более, это было оправдано.

— А ты меткий для одноглазого, — заметила я.

— Растет уже второй глаз. — Ерема пожевал нижнюю губу и, отвернувшись, буркнул: — Спасибо.

Наши побеждали. Некоторые воины уже опустили оружие и пялились в небо, наблюдая за полетом Глории.

— Василиса! — Ярополк развернулся на шум, светлые волосы, перехваченные синей лентой через лоб, потемнели от пота. — А ну, командуй «аер вверх», или как там!

Он с такой силой схватил меня за плечо, вталкивая назад в ступу, что я вскрикнула от боли.

— И только попробуй приземлиться до рассвета! Я не знаю, что с тобой сделаю!

— Ремня бы ей всыпать, — громким шепотом посоветовал Ерема.

Я растерялась, улыбка сползла с лица. Мощный поток воздуха толкнул меня в спину, и рядом опустилась Глория. Люди шарахнулись в стороны от драконьего оскала, а ведь это была улыбка. Юлька приветственно помахала воинам ручкой.

— Вверх, кому сказал! — крикнул Яр.