(Не)алые паруса. Часть 1: Легенда разрушена

— О них мало кто вообще слышал. Но, тем не менее, они существуют. И в достаточном количестве. Хотя и одной такой дряни хватит, чтобы за неделю уничтожить селение размером с Каперну. До того, как жители вообще поймут, кто их убивает. Если вообще поймут. То есть, если успеют.

— Как же вы тогда их ловите?

— По-разному, — ответил Грэй. — Всё зависит от типа гуингара и его возраста.

— Так какого именно вы собираетесь поймать на сей раз и причём тут я?

— В том-то и дело, что мы не знаем, кто он.

— Что это значит?

— Гуингары отлично мимикрируют и копируют облик людей. Достаточно им лишь коснуться проходящего мимо человека. Поэтому сейчас гуингар может быть кем угодно — вами, вашим отцом, старейшиной, библиотекарем.

— А вами он быть не может?

Грэй поймал шпильку и хмыкнул:

— Мимо, хотя попытка была неплохой. «Серых осьминогов» они не копируют.

— Почему?

Грэй неопределённо мотнул головой.

— Причина неизвестна, но ходят слухи, что брезгуют.

— Вот как, значит, даже монстры вами брезгуют.

— Да, — спокойно ответил Грэй, хотя последняя колкость задела его куда сильнее, чем он хотел показать, — мы не самые приятные ребята.

Ассоль довольно улыбнулась, и Грэй подумал, что никогда бы не предположил в ней злорадства. Но, похоже, он многого не знает о маленькой смотрительнице маяка. Да и он сделал за это время всё, чтобы полностью заслужить такую реакцию.

— И всё же, как вы намерены его ловить?

— Будем осматривать каждый прибывший за последние три дня корабль, опрашивать каждого постояльца в гостиницах и тавернах Каперны.

— И какова же моя миссия в этом действе? — серьёзно и по-деловому спросила Ассоль. Грэю показалось, что она сейчас достанет блокнот и карандаш и начнёт подробно конспектировать.

— Та же что и у всех на первичном этапе — смотреть, слушать. И деревенская дурочка, помешанная на сказках, лучшая для того маскировка. Никто не удивится её любопытству и наивным расспросам.

Законичв тираду, он бросил взгляд на старика, который уже безмятежно спал и даже плямкал во сне.

Грэй снова почувствовал зависть: безмятежный сон — роскошь, которая будет недоступна ему в ближайшее время. Впрочем, с той поры, как ему начала еженощно сниться Ассоль, его сон и так был далёк от безмятежности.